Хлеб стихи: Хлеб — Рубцов. Полный текст стихотворения — Хлеб

Теплый хлеб — рассказ Константина Паустовского

  

Рассказ Константина Паустовского Теплый хлеб

 
Когда кавалеристы проходили через деревню Бережки, немецкий снаряд разорвался на околице и ранил в ногу вороного коня. Командир оставил раненого коня в деревне, а отряд ушёл дальше, пыля и позванивая удилами, — ушёл, закатился за рощи, за холмы, где ветер качал спелую рожь.
 
Коня взял к себе мельник Панкрат. Мельница давно не работала, но мучная пыль навеки въелась в Панкрата. Она лежала серой коркой на его ватнике и картузе. Из-под картуза посматривали на всех быстрые глаза мельника. Панкрат был скорый на работу, сердитый старик, и ребята считали его колдуном.
 
Панкрат вылечил коня. Конь остался при мельнице и терпеливо возил глину, навоз и жерди — помогал Панкрату чинить плотину.
 
Панкрату трудно было прокормить коня, и конь начал ходить по дворам побираться. Постоит, пофыркает, постучит мордой в калитку, и, глядишь, ему вынесут свекольной ботвы, или чёрствого хлеба, или, случалось даже, сладкую морковку.

По деревне говорили, что конь ничей, а вернее — общественный, и каждый считал своей обязанностью его покормить. К тому же конь — раненый, пострадал от врага.
 
Жил в Бережках со своей бабкой мальчик Филька, по прозвищу «Ну Тебя». Филька был молчаливый, недоверчивый, и любимым его выражением было: «Да ну тебя!». Предлагал ли ему соседский мальчишка походить на ходулях или поискать позеленевшие патроны, Филька отвечал сердитым басом: «Да ну тебя! Ищи сам!». Когда бабка выговаривала ему за неласковость, Филька отворачивался и бормотал: «Да ну тебя! Надоела!».
 
Зима в этот год стояла тёплая. В воздухе висел дым. Снег выпадал и тотчас таял. Мокрые вороны садились на печные трубы, чтобы обсохнуть, толкались, каркали друг на друга. Около мельничного лотка вода не замерзала, а стояла чёрная, тихая, и в ней кружились льдинки.
 
Панкрат починил к тому времени мельницу и собирался молоть хлеб, — хозяйки жаловались, что мука кончается, осталось у каждой на два-три дня, а зерно лежит немолотое.

 
В один из таких тёплых серых дней раненый конь постучал мордой в калитку к Филькиной бабке. Бабки не было дома, а Филька сидел за столом и жевал кусок хлеба, круто посыпанный солью.
 
Филька нехотя встал, вышел за калитку. Конь переступил с ноги на ногу и потянулся к хлебу. «Да ну тебя! Дьявол!» — крикнул Филька и наотмашь ударил коня по губам. Конь отшатнулся, замотал головой, а Филька закинул хлеб далеко в рыхлый снег и закричал:
 
— На вас не напасёшься, на христорадников! Вон твой хлеб! Иди копай его мордой из-под снега! Иди копай!
 
И вот после этого злорадного окрика и случились в Бережках те удивительные дела, о каких и сейчас люди говорят, покачивая головами, потому что сами не знают, было ли это или ничего такого и не было.
 
Слеза скатилась у коня из глаз. Конь заржал жалобно, протяжно, взмахнул хвостом, и тотчас в голых деревьях, в изгородях и печных трубах завыл, засвистел пронзительный ветер, вздул снег, запорошил Фильке горло. Филька бросился обратно в дом, но никак не мог найти крыльца — так уже мело кругом и хлестало в глаза.
Летела по ветру мёрзлая солома с крыш, ломались скворечни, хлопали оторванные ставни. И всё выше взвивались столбы снежной пыли с окрестных полей, неслись на деревню, шурша, крутясь, перегоняя друг друга.
 
Филька вскочил наконец в избу, припёр дверь, сказал: «Да ну тебя!» — и прислушался. Ревела, обезумев, метель, но сквозь её рев Филька слышал тонкий и короткий свист — так свистит конский хвост, когда рассерженный конь бьёт им себя по бокам.
 
Метель начала затихать к вечеру, и только тогда смогла добраться к себе в избу от соседки Филькина бабка. А к ночи небо зазеленело, как лёд, звёзды примёрзли к небесному своду, и колючий мороз прошёл по деревне. Никто его не видел, но каждый слышал скрип его валенок по твёрдому снегу, слышал, как мороз, озоруя, стискивал толстые брёвна в стенах, и они трещали и лопались.
 
Бабка, плача, сказала Фильке, что наверняка уже замёрзли колодцы и теперь их ждёт неминучая смерть. Воды нет, мука у всех вышла, а мельница работать теперь не сможет, потому что река застыла до самого дна.
 
Филька тоже заплакал от страха, когда мыши начали выбегать из подпола и хорониться под печкой в соломе, где ещё оставалось немного тепла. «Да ну вас! Проклятые!» — кричал он на мышей, но мыши всё лезли из подпола. Филька забрался на печь, укрылся тулупчиком, весь трясся и слушал причитания бабки.
 
— Сто лет назад упал на нашу округу такой же лютый мороз, — говорила бабка.
— Заморозил колодцы, побил птиц, высушил до корня леса и сады. Десять лет после того не цвели ни деревья, ни травы. Семена в земле пожухли и пропали. Голая стояла наша земля. Обегал её стороной всякий зверь — боялся пустыни.
 
— Отчего же стрясся тот мороз?
— спросил Филька.
 
— От злобы людской, — ответила бабка.
— Шёл через нашу деревню старый солдат, попросил в избе хлеба, а хозяин, злой мужик, заспанный, крикливый, возьми и дай одну только чёрствую корку. И то не дал в руки, а швырнул на пол и говорит: «Вот тебе! Жуй!».
— «Мне хлеб с полу поднять невозможно, — говорит солдат.
— У меня вместо ноги деревяшка.» — «А ногу куда девал?» — спрашивает мужик. «Утерял я ногу на Балканских горах в турецкой баталии», — отвечает солдат. «Ничего. Раз дюже голодный — подымешь, — засмеялся мужик.
— Тут тебе камердинеров нету». Солдат покряхтел, изловчился, поднял корку и видит — это не хлеб, а одна зелёная плесень. Один яд! Тогда солдат вышел на двор, свистнул — и враз сорвалась метель, пурга, буря закружила деревню, крыши посрывала, а потом ударил лютый мороз. И мужик тот помер.
 
— Отчего же он помер?
— хрипло спросил Филька.
 
— От охлаждения сердца, — ответила бабка, помолчала и добавила: — Знать, и нынче завелся в Бережках дурной человек, обидчик, и сотворил злое дело. Оттого и мороз.
 
— Чего ж теперь делать, бабка?
— спросил Филька из-под тулупа.
— Неужто помирать?
— Зачем помирать? Надеяться надо.
— На что?
— На то, что поправит дурной человек своё злодейство.
— А как его исправить?
— спросил, всхлипывая, Филька.
— А об этом Панкрат знает, мельник. Он старик хитрый, учёный. Его спросить надо. Да неужто в такую стужу до мельницы добежишь? Сразу кровь остановится.
— Да ну его, Панкрата!
— сказал Филька и затих.
Ночью он слез с печи. Бабка спала, сидя на лавке. За окнами воздух был синий, густой, страшный.
В чистом небе над осокорями стояла луна, убранная, как невеста, розовыми венцами.
 
Филька запахнул тулупчик, выскочил на улицу и побежал к мельнице. Снег пел под ногами, будто артель весёлых пильщиков пилила под корень берёзовую рощу за рекой. Казалось, воздух замёрз и между землёй и луной осталась одна пустота жгучая и такая ясная, что если бы подняло пылинку на километр от земли, то и её было бы видно и она светилась бы и мерцала, как маленькая звезда.
 
Чёрные ивы около мельничной плотины поседели от стужи. Ветки их поблёскивали, как стеклянные. Воздух колол Фильке грудь. Бежать он уже не мог, а тяжело шёл, загребая снег валенками.
 
Филька постучал в окошко Панкратовой избы. Тотчас в сарае за избой заржал и забил копытом раненый конь. Филька охнул, присел от страха на корточки, затаился. Панкрат отворил дверь, схватил Фильку за шиворот и втащил в избу.
— Садись к печке, — сказал он.- Рассказывай, пока не замёрз.
Филька, плача, рассказал Панкрату, как он обидел раненого коня и как из-за этого упал на деревню мороз.
— Да-а, — вздохнул Панкрат, — плохо твоё дело! Выходит, что из-за тебя всем пропадать. Зачем коня обидел? За что? Бессмысленный ты гражданин!
Филька сопел, вытирал рукавом глаза.
 
— Ты брось реветь!
— строго сказал Панкрат.
— Реветь вы все мастера. Чуть что нашкодил — сейчас в рёв. Но только в этом я смысла не вижу. Мельница моя стоит, как запаянная морозом навеки, а муки нет, и воды нет, и что нам придумать — неизвестно.
 
— Чего же мне теперь делать, дедушка Панкрат?
— спросил Филька.
 
— Изобрести спасение от стужи. Тогда перед людьми не будет твоей вины. И перед раненой лошадью — тоже. Будешь ты чистый человек, весёлый.
Каждый тебя по плечу потреплет и простит. Понятно?
 
— Понятно, — ответил упавшим голосом Филька.
 
— Ну, вот и придумай. Даю тебе сроку час с четвертью.
 
В сенях у Панкрата жила сорока. Она не спала от холода, сидела на хомуте подслушивала. Потом она боком, озираясь, поскакала к щели под дверью. Выскочила наружу, прыгнула на перильца и полетела прямо на юг. Сорока была опытная, старая и нарочно летела у самой земли, потому что от деревень и лесов всё-таки тянуло теплом и сорока не боялась замёрзнуть. Никто её не видел, только лисица в осиновом яру высунула морду из норы, повела носом, заметила, как тёмной тенью пронеслась по небу сорока, шарахнулась обратно в нору и долго сидела, почёсываясь и соображая: куда ж это в такую страшную ночь подалась сорока?
 
А Филька в это время сидел на лавке, ёрзал, придумывал.
 
— Ну, — сказал наконец Панкрат, затаптывая махорочную цигарку, — время твоё вышло. Выкладывай! Льготного срока не будет.
 
— Я, дедушка Панкрат, — сказал Филька, — как рассветёт, соберу со всей деревни ребят. Возьмём мы ломы, пешни, топоры, будем рубить лёд у лотка около мельницы, покамест не дорубимся до воды и не потечёт она на колесо. Как пойдёт вода, ты пускай мельницу! Повернёшь колесо двадцать раз, она разогреется и начнёт молоть. Будет, значит, и мука, и вода, и всеобщее спасение.
 
— Ишь ты, шустрый какой!
— сказал мельник, — Подо льдом, конечно, вода есть. А ежели лёд толщиной в твой рост, что ты будешь делать?
 
— Да ну его!
— сказал Филька.
— Пробьём мы, ребята, и такой лёд!

— А ежели замёрзнете?
— Костры будем жечь.
— А ежели не согласятся ребята за твою дурь расплачиваться своим горбом? Ежели скажут: «Да ну его! Сам виноват — пусть сам лёд и скалывает».
— Согласятся! Я их умолю. Наши ребята — хорошие.
— Ну, валяй собирай ребят. А я со стариками потолкую. Может, и старики натянут рукавицы да возьмутся за ломы.

 
В морозные дни солнце восходит багровое, в тяжёлом дыму. И в это утро поднялось над Бережками такое солнце. На реке был слышен частый стук ломов. Трещали костры. Ребята и старики работали с самого рассвета, скалывали лёд у мельницы. И никто сгоряча не заметил, что после полудня небо затянулось низкими облаками и задул по седым ивам ровный и тёплый ветер. А когда заметили, что переменилась погода, ветки ив уже оттаяли, и весело, гулко зашумела за рекой мокрая берёзовая роща. В воздухе запахло весной, навозом.
Ветер дул с юга. С каждым часом становилось всё теплее. С крыш падали и со звоном разбивались сосульки.
Вороны вылезли из-под застрех и снова обсыхали на трубах, толкались, каркали.
Не было только старой сороки. Она прилетела к вечеру, когда от теплоты лёд начал оседать, работа у мельницы пошла быстро и показалась первая полынья с тёмной водой.
 
Мальчишки стащили треухи и прокричали «ура». Панкрат говорил, что если бы не тёплый ветер, то, пожалуй, и не обколоть бы лёд ребятам и старикам. А сорока сидела на раките над плотиной, трещала, трясла хвостом, кланялась на все стороны и что-то рассказывала, но никто, кроме ворон, её не понял. А сорока рассказывала, что она долетела до тёплого моря, где спал в горах летний ветер, разбудила его, натрещала ему про лютый мороз и упросила его прогнать этот мороз, помочь людям.
 
Ветер будто бы не осмелился отказать ей, сороке, и задул, понёсся над полями, посвистывая и посмеиваясь над морозом. И если хорошенько прислушаться, то уже слышно, как по оврагам под снегом бурлит-журчит тёплая вода, моет корни брусники, ломает лёд на реке.
 
Всем известно, что сорока — самая болтливая птица на свете, и потому вороны ей не поверили — покаркали только между собой: что вот, мол, опять завралась старая.
 
Так до сих пор никто и не знает, правду ли говорила сорока, или всё это она выдумала от хвастовства. Одно только известно, что к вечеру лёд треснул, разошёлся, ребята и старики нажали — и в мельничный лоток хлынула с шумом вода.
 
Старое колесо скрипнуло — с него посыпались сосульки — и медленно повернулось. Заскрежетали жернова, потом колесо повернулось быстрее, и вдруг вся старая мельница затряслась, заходила ходуном и пошла стучать, скрипеть, молоть зерно.
 
Панкрат сыпал зерно, а из-под жернова лилась в мешки горячая мука. Женщины окунали в неё озябшие руки и смеялись.
 
По всем дворам кололи звонкие берёзовые дрова. Избы светились от жаркого печного огня. Женщины месили тугое сладкое тесто. И всё, что было живого в избах — ребята, кошки, даже мыши,- всё это вертелось около хозяек, а хозяйки шлёпали ребят по спине белой от муки рукой, чтобы не лезли в самую квашню и не мешались.
 
Ночью по деревне стоял такой запах тёплого хлеба с румяной коркой, с пригоревшими к донцу капустными листьями, что даже лисицы вылезли из нор, сидели на снегу, дрожали и тихонько скулили, соображая, как бы словчиться стащить у людей хоть кусочек этого чудесного хлеба.
 
На следующее утро Филька пришёл вместе с ребятами к мельнице. Ветер гнал по синему небу рыхлые тучи и не давал им ни на минуту перевести дух, и потому по земле неслись вперемежку то холодные тени, то горячие солнечные пятна.
 
Филька тащил буханку свежего хлеба, а совсем маленький мальчик Николка держал деревянную солонку с крупной жёлтой солью. Панкрат вышел на порог, спросил:
— Что за явление? Мне, что ли, хлеб-соль подносите? За какие такие заслуги?
— Да нет!
— закричали ребята.- Тебе будет особо. А это раненому коню. От Фильки. Помирить мы их хотим.
— Ну что ж, — сказал Панкрат, — не только человеку извинение требуется. Сейчас я вам коня представлю в натуре.
 
Панкрат отворил ворота сарая, выпустил коня. Конь вышел, вытянул голову, заржал — учуял запах свежего хлеба. Филька разломил буханку, посолил хлеб из солонки и протянул коню. Но конь хлеба не взял, начал мелко перебирать ногами, попятился в сарай. Испугался Фильки. Тогда Филька перед всей деревней громко заплакал.
 
Ребята зашептались и притихли, а Панкрат потрепал коня по шее и сказал:
 
— Не пужайся, Мальчик! Филька не злой человек. Зачем же его обижать? Бери хлеб, мирись!
 
Конь помотал головой, подумал, потом осторожно вытянул шею и взял наконец хлеб из рук Фильки мягкими губами. Съел один кусок, обнюхал Фильку и взял второй кусок. Филька ухмылялся сквозь слезы, а конь жевал хлеб, фыркал. А когда съел весь хлеб, положил голову Фильке на плечо, вздохнул и закрыл глаза от сытости и удовольствия.
 
Все улыбались, радовались. Только старая сорока сидела на раките и сердито трещала: должно быть, опять хвасталась, что это ей одной удалось помирить коня с Филькой. Но никто её не слушал и не понимал, и сорока от этого сердилась всё больше и трещала, как пулемёт.
——————————————————————-

Константин Паустовский. Текст рассказа


Тёплый хлеб.Читаем бесплатно онлайн

 

Читать другие произведения Паустовского. Содержание  

ПОДБОРКА МАТЕРИАЛА «ХЛЕБ- ВСЕМУ ГОЛОВА!» (ЗАГАДКИ, СТИХИ, ПОСЛОВИЦЫ, ПОГОВОРКИ)

ПОДБОРКА МАТЕРИАЛА

«ХЛЕБ-

ВСЕМУ

ГОЛОВА!»

(ЗАГАДКИ, СТИХИ, ПОСЛОВИЦЫ, ПОГОВОРКИ)

ЗАГАДКИ О ХЛЕБЕ.

***

ВЫРОС В ПОЛЕ КОЛОСКОМ,

НА СТОЛЕ ЛЕЖИТ КУСКОМ.

***

ПЫШНЫЙ, МЯГКИЙ, ПРОПЕЧЁННЫЙ,

ПОДРУМЯНЕННЫЙ СЛЕГКА,

ОН С ГОРБУШКОЙ ЗОЛОЧЁНОЙ

ШЁЛ К ТЕБЕ ИЗДАЛЕКА.

***

КОМКОВАТО, НОЗДРЕВАТО, И ГУБАТО, И ГОРБАТО,

КИСЛО, И ПРЕСНО, И ВКУСНО, И ВСЕМ ЛЮДЯМ МИЛО.

***

БЬЮТ МЕНЯ ПАЛКАМИ, ЖМУТ МЕНЯ КАМНЯМИ,

ДЕРЖАТ МЕНЯ В ОГНЕННОЙ ПЕЩЕРЕ,РЕЖУТ МЕНЯ НОЖАМИ…

ЗА ЧТО МЕНЯ ТАК ГУБЯТ? ЗА ТО,ЧТО ЛЮБЯТ!

***

МЕШЕНО, КВАШЕНО, ВАЛЯНО,

НА СТОЛ ПОСТАВЛЕНО.

ПОСЛОВИЦЫ И ПОГОВОРКИ.

БЕЗ СОЛИ НЕВКУСНО, БЕЗ ХЛЕБА НЕСЫТНО.

И ОБЕД НЕ В ОБЕД, КОЛИ ХЛЕБА НЕТ.

БЕЗ ПЕЧКИ ХОЛОДНО, БЕЗ ХЛЕБА ГОЛОДНО.

ХЛЕБ В ПУТИ НЕ В ТЯГОСТЬ.

ЕДЕШЬ НА ДЕНЬ, ХЛЕБА БЕРИ НА НЕДЕЛЮ.

ХЛЕБ В ЗАКРОМУ, ЧТО ХОЗЯИН В ДОМУ.

ХЛЕБ НА СТОЛ, ТАК И СТОЛ – ПРЕСТОЛ, А ХЛЕБА НИ КУСКА, ТАК И СТОЛ – ДОСКА.

ГОЛОДНОЙ КУМЕ ТОЛЬКО ХЛЕБУШЕК НА УМЕ.

НА ХЛЕБ МНОГО НЕ ПОСЕРДИШЬСЯ.

ХЛЕБ НОГАМИ ТОПТАТЬ – НАРОДУ ГОЛОДАТЬ.

ВОДА ВЫМОЕТ, ХЛЕБ НАКОРМИТ.

НАДО ХЛЕБА И НА ПОСЛЕ ОБЕДА.

НЕ ТРУДИТЬСЯ, ТАК И ХЛЕБА НЕ ДОБИТЬСЯ.

ХОЧЕШЬ ЕСТЬ КАЛАЧИ, НЕ СИДИ НА ПЕЧИ.

КТО ТРУДИТЬСЯ РАД, ТОТ БУДЕТ ХЛЕБОМ БОГАТ.

КТО ЗЕМЛЮ ЛЕЛЕЕТ, ТОГО ЗЕМЛЯ ЖАЛЕЕТ.

КТО ПАХАТЬ ЛЕНИТЬСЯ, У ТОГО ЗЕМЛЯ НЕ РОДИТСЯ.

РУКИ ЧЕЛОВЕКА.

(Я.ДЯГУТИТЕ.)

СКЛОНИЛА ТЯЖЁЛУЮ ГОЛОВУ РОЖЬ.

«СПАСИБО ВАМ, СОЛНЦЕ И ЛАСКОВЫЙ ДОЖДЬ!

СПАСИБО ЗЕМЛЕ, ЧТО БЫЛА МОИМ ДОМОМ,

И СИЛЬНЫМ РУКАМ, МОИМ СТАРЫМ ЗНАКОМЫМ.

Я ПОМНЮ, КАК РУКИ ТРУДИЛИСЬ УПОРНО,

ЧТОБ В ЗЕМЛЮ ПОСЕЯТЬ ЯНТАРНЫЕ ЗЁРНА,

А НЫНЧЕ ОНИ УРОЖАЙ УБЕРУТ.

СПАСИБО ВАМ, РУКИ, ЗА ДОБРЫЙ ВАШ ТРУД!

Я ДОЛГУЮ ЗИМУ В ЗЕМЛЕ ПРОЛЕЖАЛА,

ЮТИЛАСЬ ПОД СНЕГОМ, ОТ СТУЖИ ДРОЖАЛА,

НО СОЛНЦЕ МЕНЯ ОТОГРЕЛО ДАВНО,

И Я ПРИНЕСЛА ЗОЛОТОЕ ЗЕРНО.

КТО ХОЧЕТ, ОТВЕДАЙТЕ ХЛЕБА РЖАНОГО!

А ЕСЛИ МЕНЯ ВЫ ПОСЕЕТЕ СНОВА,

Я СНОВА ПОД СНЕГОМ ДОРОГУ НАЙДУ

И КОЛОСОМ СТАНУ, И К ЛЮДЯМ ПРИДУ».

(С.ПОГОРЕЛОВСКИЙ)

ВОТ ОН – ХЛЕБУШЕК ДУШИСТЫЙ С ХРУСТКОЙ КОРОЧКОЙ ВИТОЙ,

ВОТ ОН – ТЁПЛЫЙ, ЗОЛОТИСТЫЙ, СЛОВНО СОЛНЦЕМ НАЛИТОЙ!

В КАЖДЫЙ ДОМ, НА КАЖДЫЙ СТОЛ ОН ПОЖАЛОВАЛ-ПРИШЁЛ.

В НЁМ – ЗДОРОВЬЕ НАШЕ, СИЛА, В НЁМ – ЧУДЕСНОЕ ТЕПЛО:

СКОЛЬКО РУК ЕГО РАСТИЛО, ОХРАНЯЛО, БЕРЕГЛО!

ВЕДЬ НЕ СРАЗУ СТАЛИ ЗЁРНА ХЛЕБОМ – ТЕМ, ЧТО НА СТОЛЕ,

ЛЮДИ ДОЛГО И УПОРНО ПОТРУДИЛИСЬ НА ЗЕМЛЕ.

В НЁМ ЗЕМЛИ РОДИМОЙ СОКИ, СОЛНЦА СВЕТ ВЕСЁЛЫЙ В НЁМ.

УПЛЕТАЙ ЗА ОБЕ ЩЁКИ – ВЫРАСТАЙ БОГАТЫРЁМ!

СЛАВА МИРУ НА ЗЕМЛЕ! СЛАВА ХЛЕБУ НА СТОЛЕ!

СЛАВА ТЕМ, КТО ХЛЕБ РАСТИЛ, НЕ ЖАЛЕЛ ТРУДОВ И СИЛ!

СЛАВА ИМ, ПРИВЕТ ОТ НАС.

В ДОБРЫЙ ДЕНЬ, В СЧАСТЛИВЫЙ ЧАС!

МОЛОТЬБА.

(Ф.ШКУЛЕВ)

СЖАТА РОЖЬ… СЕРЕЕТ ЖНИВО, ОЩЕТИНИЛИСЬ ПОЛЯ…

НУ, ЗАТО СКИРДЫ КРАСИВО СМОТРЯТ, СЕРДЦЕ ВЕСЕЛЯ.

ЛЮДИ РАДОСТНЫ, ДОВОЛЬНЫ: НЕ ПРОПАЛ ИХ ДАРОМ ТРУД,

И ПОВСЮДУ С ПЕСНЕЙ ВОЛЬНОЙ РАЗДАЁТСЯ ТАМ И ТУТ:

ТО-ТО МЫ! ТО-ТО МЫ! ХЛЕБ ГОТОВИМ ДЛЯ ЗИМЫ!

У СКИРДОВ ВОКРУГ РЕБЯТКИ ШУМНО БЕГАЮТ, ЗВЕНЯТ.

МЕЖ СНОПОВ ИГРАЮТ В ПРЯТКИ, ТО МЯКИНОЮ ПЫЛЯТ.

ПО ГУМНУ ЖЕ СТРОЙНЫМ РЯДОМ ЛЮДИ ДВИЖУТСЯ С ЦЕПОМ.

ПОТ ГОРЯЧИЙ ЛЬЁТСЯ ГРДОМ, ЛИЦА ПЫШУТ ИХ ОГНЁМ…

ТО-ТО МЫ! ТО-ТО МЫ! ХЛЕБ ГОТОВИМ ДЛЯ ЗИМЫ!

И КИПИТ, КИПИТ РАБОТА, ТАЮТ ПЫШНЫЕ СКИРДЫ…

ОБЛЛЕГЧАЕТСЯ ЗАБОТА, СЛАЩЕ КАЖУТСЯ ТРУДЫ.

СКОРО ПРАЗДНИК: С НОВЫМ ХЛЕБОМ

ЛЮДИ БУДУТ ЗА СТОЛОМ…

А ПОКА ПОД СИНИМ НЕБОМ РАЗДАЁТСЯ НАД СЕЛОМ:

ТО-ТО МЫ! ТО-ТО МЫ! ХЛЕБ ГОТОВИМ ДЛЯ ЗИМЫ!

НИВА.

(Ю.ЖДАНОВСКАЯ)

НИВА МОЯ, НИВА, НИВА ЗОЛОТАЯ!

ЗРЕЕШЬ ТЫ НА СОЛНЦЕ, КОЛОС НАЛИВАЯ.

ПО ТЕБЕ ОТ ВЕТРУ, СЛОВНО В СИНЕМ МОРЕ,

ВОЛНЫ ТАК И ХОДЯТ, ХОДЯТ НА ПРОСТОРЕ.

НАД ТОБОЮ С ПЕСНЕЙ ЖАВОРОНОК ВЬЁТСЯ,

НАД ТОБООЙ И ТУЧА ГРОЗНО ПРОНЕСЁТСЯ.

ЗРЕЕШЬ ТЫ И СПЕЕШЬ, КОЛОС НАЛИВАЯ.

НИВА МОЯ, НИВА, НИВА ЗОЛОТАЯ!

КОЛОСОК.

(Н.КРАСИЛЬНИКОВ)

— ЗОЛОТИСТЫЙ КОЛОСОК, КТО РАСТИ ТЕБЕ ПОМОГ?

— ТЁПЛЫЙ ВЕТЕР, МАЙСКИЙ ГРОМ,

СОЛНЦЕ В НЕБЕ ГОЛУБОМ.

А ЕЩЁ ЛЮДСКИЕ РУКИ, ЧТО В ТРУДЕ НЕ ЗНАЛИ СКУКИ.

МНЕ НЕ СТАТЬ БЕЗ НИХ ТАКИМ

СИЛЬНЫМ, РОСЛЫМ, ЗОЛОТЫМ!

ХЛЕБ – НАШЕ БОГАТСТВО.

(П.КАГАНОВА)

СЕЮТ В ПОЛЕ ЗЁРНА РАННЕЮ ВЕСНОЮ.

А НАД НИМИ СВЕТИТ СОЛНЫШКО РОДНОЕ.

НА ПОЛЯХ КОЛХОЗНЫХ ЗАШУМЯТ КОЛОСЬЯ –

БУДЕТ УРОЖАЙНОЙ ЗОЛОТАЯ ОСЕНЬ!

И ЗЕРНО В АМБАРЫ ПОТЕЧЁТ РЕКОЮ,

И ЕГО МАШИНЫ СДЕЛАЮТ МУКОЮ.

НА ЗАВОДЕ ПЕКАРЬ ХЛЕБ СПЕЧЁТ С ЛЮБОВЬЮ.

СКАЖЕТ ОН РЕБЯТАМ: «ЕШЬТЕ НА ЗДОРОВЬЕ!»

ОТЛИЧНЫЕ ПШЕНИЧНЫЕ.

(ШОТЛАНДСКАЯ ПЕСЕНКА)

МЫ ПЕЧЁМ ПШЕНИЧНЫЕ

ПИРОГИ ОТЛИЧНЫЕ.

КТО ПРИДЁТ К НАМ ПРОБОВАТЬ

ПИРОГИ ПШЕНИЧНЫЕ?

МАМА, ПАПА, БРАТ, СЕСТРА,

ПЁС ЛОХМАТЫЙ СО ДВОРА.

И ДРУГИЕ, ВСЕ, КТО МОЖЕТ,

ПУСТЬ ПРИХОДЯТ С НИМИ ТОЖЕ.

ТЕСТО ЗАМЕСИЛИ МЫ,

САХАР НЕ ЗАБЫЛИ МЫ,

ПИРОГИ ПШЕНИЧНЫЕ

В ПЕЧКУ ПОСАДИЛИ МЫ.

ПЕЧКА ВЕСЕЛО ГОРИТ,

НАША МАМА ГОВОРИТ:

— КРОШКИ, ЧТО ОСТАНУТЬСЯ,

ВОРОБЬЮ ДОСТАНУТЬСЯ.

ПОЧИТАЙТЕ ДЕТЯМ:

  1. Михаил Пришвин «Лисичкин хлеб».

  2. Беларусская сказка «Лёгкий хлеб».

  3. Константин Ушинский «Два плуга».

  4. Шведская песенка «Отличные пшеничные».

  5. Русская народная сказка «Колосок».

  6. Э. Шим «Хлеб растёт».

  7. Д.Кугультинов «Кусок хлеба».

  8. Т.Аргези «Хлеб».

  9. Д.Родари «Чем пахнут ремёсла», «Какого цвета ремёсла».

10.Ф.Шкулева «Молотьба».

11.Ю.Ждановская «Нива».

12.К.Паустовский «Тёплый хлеб».

13.М.Глинская «Хлеб».

14.Я.Дагутите «Руки человека», «Лето».

15.А.Ремизов «Хлебный голос».

16.Русская народная сказка «Крылатый, мохнатый да масляный». (В обработке И.В.Карнауховой).

Приметы:

*Не разрешалось, чтобы один человек доедал хлеб за другим – заберешь его счастье и силу. Нельзя есть за спиной другого человека – тоже съешь его силу.

*Дашь во время еды хлеб со стола собакам – постигнет бедность.

*При молодом и стареющем месяце нельзя было начинать посевов: “Добро сеять при полном месяце!” Хотя хлеб, посеянный в новолуние, растет и зреет скоро, но колос не будет богат зерном. И наоборот: “полнолунный хлеб” растет тихо и стеблем короток, но зато обилен полновесным зерном.

*Если солнышко закатилось – “не починай новой ковриги”, а то хлеб будет нехорош, да и все хозяйство может прийти в упадок. Ну, а если очень нужно отрезать хлеба, то горбушку не ели, а отрезав, сколько нужно, горбушку приставляли к ковриге.

*Самым большим грехом на Руси считалось уронить хотя бы одну крошку хлеба, еще большим – растоптать эту крошку ногами.

*Люди, преломившие хлеб, становятся друзьями на всю жизнь.

*Принимая хлеб соль на рушнике, хлеб следует поцеловать.

Хлеба пекутся.

Тонкой струйкой сытной

Змеится теплый запах по углам.

Вдыхаю мир отрадный, самобытный

С любовью и слезами пополам.

Как просто пониманье Мирозданья,

Когда, проснувшись по утру в тепле,

Под солнечное лучика лобзанье,

Домашний хлеб увидишь на столе.

***

В каждом зёрнышке пшеницы

Летом и зимой

Сила солнышка хранится

И земли родной.

И расти под небом светлым,

Строен и высок,

Словно Родина бессмертный,

Хлебный колосок.

(В. Орлов)

Пшеница.

Положит в землю Человек зерно,

Прольётся Дождь — зерно орошено.

Крутая Борозда и мягкий Снег

Зерно укроют на зиму от всех.

Весною Солнце выплывет в зенит

И новый колосок позолотит.

Колосьев много в урожайный год,

И человек их с поля уберёт.

И золотые руки Пекарей

Румяный хлеб замесят поскорей.

А женщина на краешке доски

Готовый хлеб разрежет на куски.

Всем, кто лелеял хлебный колосок,

На совести достанется кусок.

(Аким. Я.)

***

Зёрна наших дней, светитесь

Позолотою резной!

Говорим мы: «Берегите.

Берегите Хлеб родной…

Не мечтали мы о чуде.

К нам с полей живая речь:

«Берегите хлеб, вы –люди!

Научитесь хлеб беречь».

( Н. Тихонов)

Пахнет хлебом.

На пустых полях стерня

Жухнет и сереет.

Солнце только среди дня

Светит, но не греет.

По утрам седой туман

Бродит по болотам,

То ли что-то прячет там,

Толи ищет что-то.

После сумрачных ночей

Выцветает небо…..

А в деревне из печей

Тянет свежим хлебом….

Пахнет домом хлеб ржаной,

Маминым буфетом,

Ветерком земли родной,

Солнышком и летом.

Нож поточен о брусочек.

-Папа, дай кусочек!

( Перевод И. Токмакова)

***

Вновь взращено и обмолочено,

Вновь в закрома течёт оно.

Ладонь натруженную дочерна

Врачует, падая, зерно.

Мы им во сне коротком бредили.

И вот он, труд наш, на виду.

Забыто всё, что недоедено

И что не доспано в страду.

***

Радо солнцу небушко, полюшко подсолнушку.

Рада скатерть хлебушку: он на ней как солнышко

( Г.Виеру.)

***

Хлеб ржаной, батоны, булки не добудешь на прогулке.

Люди хлеб в полях лелеют, сил для хлеба не жалеют.

( Я.Аким.)

***

Васильки, как капли брызнули, будто небо пролилось.

Набежала туча издали, промочила лес насквозь.

Солнце чертит в небе полосы, птицы песню завели-

Созревай же, колос к колосу, сладкий хлеб моей земли.

(Я. Дягутите.)

***

Гнули колос злые ветры, и дожди на колос шли,

Но сломить его за лето так они и не смогли.

Вот какой я! — он хвалился — с ветром справился, с водой!

До того он загордился, вырос кверху бородой.

( С. Погореловский)

***

Вот и лето пролетело, тянет холодом с реки.

Рожь поспела, пожелтела, наклонила колоски.

Два комбайна в поле ходят. Взад-вперед, из края в край.

Жнут — молотят, жнут — молотят, убирают урожай.

Утром рожь стеной стояла. К ночи — ржи как не бывало.

Только село солнышко, опустело зернышко.

( Воронько)

***

Вешний день, пахать пора. Вышли в поле трактора.

Их ведут отец мой с братом, по холмам ведут горбатым.

Я в вдогонку им спешу, покатать меня прошу.

А отец мне отвечает: — Трактор пашет, не катает!

Погоди-ка, подрастешь, сам такой же поведешь!

( В. Воронько)

О хлебе.

Я видела однажды, по дороге.

Подбрасывал мальчишка хлеб сухой.

И ловко били хлеб шальные ноги.

Играл, как мячиком, мальчишка озорной.

Тут подошла, старушка и, нагнувшись,

Взяла батон, заплакав вдруг, ушла

Мальчишка в след глядел ей, улыбнувшись.

Решил, что это нищенка была.

Тут дед, сидевший на скамейке, рядом.

Поднялся и к мальчишке подошел

« Зачем — спросил он, голосом усталым –

-Ты, мальчик поступил нехорошо»

А утром, в день победы, ветераны.

Все при параде, в школу, ту, пришли.

Мальчишке показалось очень странным,

Что ветераны хлеб, с собой, несли.

Узнал мальчишка, в старом ветеране.

Седого старика, на той скамье.

Он замер, тишина стояла в зале.

И хлеб душистый на большом столе.

И та, старушка, что ушла с батоном.

Сидела рядом, грудь вся в орденах.

В глазах мальчишки голубых, бездонных.

Вдруг, со слезами появился страх.

Она, разрезав хлеб, взяла горбушку.

Мальчишке, нежно, в руки подала.

И быль, рассказанная, той старушкой.

Его в блокадный Ленинград перенесла.

Вот перед ним возник холодный город.

Во вражеском кольце, кругом бои.

Свирепствует зима и лютый голод.

И тот батон, что поднят был с земли.

Прижав батон, он мчится по дороге.

Он знает, мать его, больная, ждет.

Торопится он к ней, замерзли ноги.

Но счастлив он, он хлеб домой несет.

А дома, бережно, батон он режет.

Куски считая, чтоб хватило им.

Пусть он сухой и пусть не очень свежий.

Он был единственным и очень дорогим.

Нарезав хлеб, сметает крошки в руку.

И матери, ее кусок, несет.

В глазах ее он видит боль и муку.

И тот немой вопрос «Ты ел, сынок»

Но, вспомнив, как он бил батон ногою.

Он выхватил, тот хлеб, у ней из рук

Мать закричала « Что, сынок, с тобою.

Дай хлеба, я умру от этих мук»

Он зарыдал и вновь перед глазами.

Старушка, что батон с земли берет.

Она стоит и нежными руками.

Мальчишке, хлеб душистый, подает.

Берет, он хлеб и к сердцу, прижимая.

Бежит домой, там, мать больная, ждет.

Боль матери всем сердцем понимает.

И оправданий он себе не ждет.

Он входит в дом, сидят в нем ветераны.

Все в зале замерло, лишь слышен сердца стук.

Все сном прошло, остались только раны

От боли той, в глазах стоял испуг.

Он понял цену, тем слезам и хлебу.

Который, дерзко, превратил он в мяч.

На землю, вновь его вернули с неба.

Слова старушки « Ешь, сынок, не плачь»

Стоит она и гладит по головке.

В глаза глядит, так, как глядела мать.

Ему, вдруг, стало стыдно и неловко.

« Простите» — только это смог сказать.

Я видела, как тихо, по дороге.

Идет мальчишка, голову склонив.

И дед седой все курит на пороге.

Всю боль души, молчаньем сохранив.

(Нина Самкова)

Пословицы и поговорки о хлебе.

-Береги хлеб для еды, а деньги для беды.

-Сеем, пашем, руками машем, о межи тупим, а хлеб круглый год купим.

-Тот счастлив, у кого есть хлеба с душу, платья с тушу, денег с нужу.

-У голого порой бывает пир горой, да горько после пиру – ходить за хлебом по миру

-И богат мужик, да без хлеба — не крестьянин.

-У нищего хлеб на уме, у скупого и корочки на счету.

-Всяк на себя хлеб добывает.

-Невеяный хлеб не голод, а посконная рубаха не нагота.

-Хлеб – батюшка, вода – матушка.

-Хлеб хлебу брат.

-Худ обед, когда хлеба нет.

-Хлеба ни куска, так и в горнице тоска.

-Хлеб да вода – мужицкая еда.

-Хлебушко – калач дедушка.

-Хлеба нет – корочка в честь.

-Сколько ни думай, а лучше хлеба-соли не придумаешь.

-Человек хлебом живет, а не промыслом.

-Покуда есть хлеб да вода, все не беда.

-Без хлеба, без соли худая беседа.

-Палата бела, а без хлеба в ней беда.

-Плевать на обед коли хлеба нет.

-Хлеб – дар божий, отец, кормилец.

-Хлеб да соль, и обед пошел.

-Без хлеба, без соли никто не обедает.

-Не в пору и обед, коли хлеба нет.

-Хлеб черствый – обед честный.

-Был бы хлеб, а зубы сыщутся.

-Бел снег, да по нем собака бежит, черна земля, да хлеб родит.

-Была бы голова на плечах, а хлеб будет.

Загадки о хлебе.

Отгадать легко и быстро:

Мягкий, пышный и душистый,

Он и чёрный, он и белый,

А бывает подгорелый. (Хлеб)

Комковато, ноздревато,

И губато, и горбато, и твердо,

И мягко, и кругло, и ломко,

И черно, и бело, и всем мило. (Хлеб)

Круглобок и маслян он,

В меру крут, посолен, —

Пахнет солнечным теплом,

Пахнет знойным полем. (Хлеб)

Мнут и катают,

В печи закаляют,

Потом за столом

Режут ножом. (Хлеб)

Вот он –

Тёплый, золотистый.

В каждый дом,

На каждый стол –

Он пожаловал – пришёл. В нем –

Здоровье, наша сила,

В нем –

Чудесное тепло.

Сколько рук

Его растило,

Охраняло, берегло! (Хлеб)

Кольцо не простое,

Кольцо золотое,

Блестящее, хрустящее,

Всем на загляденье…

Ну и объеденье! (Баранка или бублик.)

Что на сковородку наливают

Да вчетверо сгибают? (Блины.)

В печь сперва его сажают,

А как выйдет он оттуда,

То кладут его на блюдо.

Ну, теперь зови ребят!

По кусочку все съедят. (Пирог.)

Ты не клюй меня, дружок, голосистый петушок.

В землю теплую уйду, к солнцу колосом взойду.

В нем тогда, таких как я, будет целая семья. (Зерно)

Вырос в поле дом.

Полон дом зерном.

Стены позолочены.

Ставни заколочены.

Ходит дом ходуном на столбе золотом (Зерно)

Считалки о хлебе.

«Дождик, дождик, поливай — будет хлеба урожай.

Будут булки, будут сушки, будут вкусные ватрушки».

«Катилася торба с высокого горба.

В этой торбе хлеб, соль,пшеница.

С кем ты хочешь поделиться?»

Чистоговорки о хлебе.

Жок-жок-жок — это пирожок.

жки-жки-жки — мама жарит пирожки.

жки-жки-жки — мы любим пирожки.

Жок-жок-жок — кушай Женя пирожок.

Ач-ач-ач — вот калач.

Чи-чи-чи — пекуться в печке калачи.

Чи-чи-чи — мы любим калачи.

Чи-чи-чи — на праздник будут калачи.

Легенда о том, как появился кекс или сказка о волшебном зернышке.

Однажды, в стародавние времена, жил в одной деревне бедный юноша. Ветхая избушка да клочок земли – вот и всё, что у него было. Трудился он от зари до зари на своём поле, чтобы хоть как-то прокормиться. Но урожай был очень и очень скуден. И вот как-то работал он в поле и вдруг увидел на земле маленькую птичку. Она повредила крыло и умирала. Юноша принёс её к себе в дом, обогрел, накормил и стал лечить её больное крылышко.

И вот птичка поправилась, и пришло время отпустить её на волю. На прощанье сказала птичка юноше:

— Я вижу, как бедно ты живёшь. Но у тебя доброе сердце, и я помогу тебе. Я дам тебе волшебное зёрнышко. Ты должен лишь бросить его в землю и сказать волшебные слова: «Крекс! Пекс! Фекс!» И наутро увидишь, что получится.

С этими словами птичка взмахнула крыльями и улетела, а на крыльце осталось лежать маленькое хлебное зёрнышко. Юноша бережно поднял его, осторожно посадил в землю и произнёс слова, которым его научила птичка:

— Крекс! Пекс! Фекс! И ушёл в дом.

Наутро он проснулся, вышел на крыльцо и прошептал:

— Не может быть!

На том самом месте, где вечером было посажено зёрнышко, теперь возвышалось огромное дерево с могучими ветвями, и на ветвях росли какие-то неведомые плоды. Юноша подошёл ближе и увидел, что это… множество маленьких круглых булочек – сдобных, горячих, источающих просто восхитительный аромат! Изумлённый юноша опустил глаза и обнаружил под деревом большой стол, на котором кипел самовар и стояли чашки и блюдца. Всё было готово к чаепитию.

— Как аппетитно пахнет! – воскликнул юноша. – Попробую-ка я одну из булочек, они, должно быть, вкусные!

И он сорвал булочку с ближайшей ветки. Не успел он это сделать, как на месте сорванной тут же появилась другая – такая же сдобная и аппетитная. Юноша откусил кусочек и воскликнул:

— Да я ничего вкуснее и слаще в жизни не пробовал! Сейчас я созову всю деревню – и мы устроим пир на весь мир!

Не прошло и часа, как вся деревня сидела за большим столом и угощалась вкуснейшими сладкими булочками, запивая их ароматным чаем из сказочного самовара. И сколько бы булочек не срывали с чудесного дерева, на нём тут же вырастали новые, ещё слаще и вкуснее прежних!

Вдоволь насытившись, гости расселись в тени раскидистого дерева, и юноша поведал всем удивительную историю про птичку, зёрнышко и волшебные слова.

— А что это были за слова? – спросил его один из старейшин.

— Крекс, пекс, фекс, — ответил юноша. — Крекс, пекс, фекс… — задумчиво произнёс мудрый старик. – Пусть же будет не «крекс», не «фекс», а просто… КЕКС! Так отныне мы будем называть эту маленькую булочку, которая смогла накормить всю деревню. И все с этим согласились. С тех пор люди в этой местности никогда больше не знали голода.

А на свете появился вкусный кекс, который по сей день любят и взрослые, и дети!

Пальчиковая гимнастика «Тесто».

— Тесто ручками помнем

( сжимаем и разжимаем пальчики)

— Сладкий тортик испечем

( как будто мнем тесто)

— Серединку смажем джемом

(круговые движения ладошками по плоскости стола)

— А верхушку сладким кремом

— И кокосовую крошкой

— Мы присыплем торт немножко

(сыплем «крошку» пальчиками обеих рук)

— А потом заварим чай

— В гости друга приглашай.

игра “Дом на горе”

На горе мы видим дом (сложите домик из ладоней: все пальцы соприкасаются кончиками – “крыша дома”)

Много зелени кругом (сделайте волнообразные движения руками)

Вот деревья, вот кусты (изобразите деревья и кусты)

Вот душистые цветы (сделайте из ладоней “бутон”)

Окружает все забор (изобразите забор. можно нарисовать пальцем в воздухе зигзагообразную линию)

За забором – чистый двор (погладьте ладонями стол или воздух)

Мы ворота открываем (изобразите открывающиеся ворота)

К дому быстро подбегаем (пальцы “побежали” по столу)

В дверь стучимся: (кулаками по столу)

тук-тук-тук.

Кто-то к нам идет на стук? (приложите ладонь к уху, как будто прислушиваетесь)

В гости к другу мы пришли

И гостинцы принесли (вытяните руки вперед, как будто что-то несете)

Массаж-игра “На блины”.

Стала Маша гостей собирать (хлопайте в ладоши)

И Иван приди (кончиком полусогнутого указательного пальца правой руки проведите по всем пальцам левой руки по очереди; начните с большого пальца),

И Степан приди,

Да и Андрей приди,

Да и Матвей приди,

А Митрошечка

Ну, пожалуйста! (указательным пальцем правой руки четыре раза покачайте мизинец левой руки)

Стала Маша

Гостей угощать (хлопайте в ладоши)

И Ивану блин (левую кисть поверните ладонью вверх большим пальцем правой руки нажимайте на подушечки каждого пальца по очереди)

И Степану блин,

Да и Андрею блин,

Да и Матвею блин,

А Митрошечке

Мятный пряничек! (большой палец правой руки нажимает на мизинец левой руки четыре раза)

Стала Маша

Гостей провожать (хлопайте в ладоши)

Прощай, Иван! (по очереди загибайте пальцы на левой руке)

Прощай, Степан!

Прощай, Андрей!

Прощай, Матвей!

Четверостишие про хлеб.

Стихи, пословицы, загадки, приметы о хлебе

Хлеб зреет на земле, где солнце и прохлада,
Где звонкие дожди и щебет птиц в кустах.
А под землей, внизу, поближе к недрам ада
Железо улеглось в заржавленных пластах.

Благословляем хлеб! Он — наша жизнь и пища,
Но как не проклинать ту сталь, что наповал
Укладывает нас в подземные жилища?..
Пшеницу сеял бог. Железо черт ковал!

Дмитрий Кедрин

Хлеб ржаной, батоны, булки
Не добудешь на прогулке.
Люди хлеб в полях лелеют,
Сил для хлеба не жалеют.

Вот он Хлебушек душистый,
Вт он теплый, золотистый.
В каждый дом, на каждый стол,
он пожаловал, пришел.
В нем здоровье наша, сила, в нем чудесное тепло.
Сколько рук его растило, охраняло, берегло.
В нем — земли родимой соки,
Солнца свет веселый в нем…
Уплетай за обе щеки, вырастай богатырем!

Погореловский С.

Ушел — не ем:
Пуст — хлеба вкус.
Всё — мел.
За чем ни потянусь.

…Мне хлебом был,
И снегом был.
И снег не бел,
И хлеб не мил.

Марина Цветаева

С белым хлебом положили
Чёрный хлеб мне на обед.
Удивить меня решили?
Чёрный? В чём его секрет?
Видно, пекарь с неохотой
Пёк и хлеб в печи забыл?
Или же перед работой
Чисто руки не помыл?
Мама тут же объяснила,
Что мука ржаная есть:
«Черный хлеб прибавит силы».
Съел. И завтра буду есть!

Стеценко Г.

Радо солнцу небушко, полюшко подсолнушку.
Рада скатерть хлебушку: он на ней как солнышко.

Виеру Г.

Тонкой струйкой сытной
Змеится теплый запах по углам.
Вдыхаю мир отрадный, самобытный
С любовью и слезами пополам.
Как просто пониманье Мирозданья,
Когда, проснувшись по утру в тепле,
Под солнечное лучика лобзанье,
Домашний хлеб увидишь на столе.

Из чего печётся хлеб,
Что едим мы на обед?
Хлеб печётся из муки,
Что дают нам колоски.
Рожь, пшеница в век из века
Щедро кормят человека.
Плюшки с маком, кекс сметанный,
Чёрный с тмином, пеклеванный,
Калачи, батоны, халы…
Хлеб для маленьких и старых,
Для Танюшек и Наташ.
Добрый хлеб – кормилец наш!

Лаврова Т.

Расскажу тебе, дружок,
Про чудесный колосок.
Тот, что зреет на полях –
Попадёт на стол в хлебах.
Сушки, плюшки и батон –
Хлеб приходит в каждый дом…

Кравченко Е.

Каждое хмурое утро
И в солнечный яркий денек
Мамины теплые руки
Хотят, чтоб он был пухлощек —
И мнут его очень усердно,
И прячут в него доброту,
А после в печи незаметно
Огонь наряжает в сюртук.
Выходит он весь золотистый,
Он дышит теплом на весь дом,
И солнышка лучик игристый
Глядит на него сквозь окно.
К обеду готов, как обычно,
И, ставя его в середину стола,
Папа повторяет привычно:
«Хлеб — всему голова.»

Положил в котомку
сыр, печенье,
Положил для роскоши миндаль.
Хлеб не взял.
— Ведь это же мученье
Волочиться с ним в такую даль!
Все же бабка
сунула краюху!
Все на свете зная наперед,
Так сказала:
— Слушайся старуху!
Хлеб, родимый, сам себя несет…

Николай Рубцов

Самый вкусный, несравненный,
Всем знакомый с детских лет —
Это наш обыкновенный
И любимый русский хлеб:
Каравай пахучий, знатный,
Кренделя и калачи,
Бублик с маком ароматный,
А на Пасху куличи.
Можно с мёдом есть и с маслом,
С сыром, рыбой, ветчиной
И с икрой, кружком колбасным
Белый хлеб или ржаной.
Пироги же — хлеб особый,
Их на праздник подают,
А готовят всё со сдобой
И с начинкою пекут.
Пышки, пончики, ватрушки
Спрыгнуть с противня хотят —
Это хлебные игрушки,
В праздник радость для ребят.
Или пряники, печенье —
То, что мама испечёт,
Для детишек объеденье,
Разевай пошире рот!

Коньков И.

Всей семье как сбор назначен,
Только скатертку постлать.
В каравай, еще горячий,
Входит нож по рукоять.
В пожелтевшей гимнастерке
С краю сам большак сидит.
Чуть похрустывает корка,
Духовитый пар валит.
— Ну,- сказал он, — по потребе
Начинайте в добрый час!
Полной мерой нынче хлеба
Выдает земля для нас.
Золотистые горбушки
Срезал: это для детей.
Наособицу старушке
Вынул мякиш из ломтей.
Скосок свой, усы поправив,
Крупной солью посолил,
Всей своей семье и славы
И здоровья посулил.
И еще промолвил слово:
— С хлебом горе не беда!
Не забудьте, мол, какого
Стоил этот хлеб труда!..

Яшин А.

Положит в землю Человек зерно,
Прольётся дождь — зерно орошено.
Крутая Борозда и мягкий Снег
Зерно укроют на зиму от всех.
Весною Солнце выплывет в зенит,
И новый колосок позолотит.
Колосьев много в урожайный год,
И человек их с поля уберёт.
И золотые руки Пекарей
Румяный хлеб замесят поскорей.
А женщина на краешке доски
Готовый хлеб разрежет на куски.
Всем, кто лелеял хлебный колосок,
На совести достанется кусок.

Яков Аким

Вам и расскажут, и в книгах прочтёте:
Хлеб наш насущный всегда был в почёте.
Низкий поклон мастерам урожаев,
Тем, кто зерно в закромах умножает,
И хлебопекам-умельцам искусным,
Всем, кто нас радует хлебушком вкусным.

Гришин А.

Прожить не трудно без котлет,
Кисель не часто нужен,
Но плохо, если хлеба нет
В обед, на завтрак, в ужин.

Он – царь еды, хоть скромен вид.
От древности доныне
Средь блюд различных хлеб стоит
В почете посредине.

Ему десятки тысяч лет.
Веками бились люди,
Пока не стал таким наш хлеб,
Каким лежит на блюде.

Его найдешь ты на столе
У римлян и у грека,
В войну, в годину лютых бед,
Спасал хлеб человека.

И ныне кормит хлеб людей —
Врачей, солдат, рабочих.
И этот дар земли своей
Должны беречь мы очень!

Стратонович О.

Не напрасно народ
С давних пор и поныне
Хлеб насущный зовет
Самой первой святыней.
Золотые слова
Забывать мы не вправе:
«Хлеб всему голова!» —
В поле, в доме, в державе!

Через улицу,
Через будни,
В нежных чувствах
Не сразу понятый,
Добрый хлеб
Под названьем «спутник»
Несу на руке приподнятой.

Скажут:
Хлеб — избитая тема.
Я иду и смеюсь над такими,
И несу домой каравай, как поэму,
Созданную сибиряками,
Земляками моими.

Этим румяным,
Этим горячим,
Пахнущим так заманчиво,
Этим хлебом труд мой оплачен.
Песня моя оплачена.

Но даже самую лучшую песню,
Самую звонкую и земную,
С сухарем в купоросной плесени,
Не стыдясь, зарифмую.

Хлеб несу!..
Поделюсь с женою,
Не скупясь на слова хвалебные.
И припомнится детство мое ржаное,
Юность моя бесхлебная.

С лебедою,
С трухою всякою
Ел «тошнотник» с корочкой тусклой.
А если встречалась булочка мягкая,
То она уже
Называлась французской.

Хлеб несу!..
Удивляются, вижу,
Даже только что евшие
С белого блюда.
Но стоило мне приподнять его
Чуть повыше,
И все увидели чудо.

Сразу пришло
Давно знакомое:
Поле и молодость
С днями непраздными.
Сладко запахло старой соломою,
Мятой-травой
И цветами разными.

И увиделось, как воочью:
И косьба,
И стогов метание,
И межа, бегущая к ночи,
И на меже
С любимой свидание.

Любовь и хлеб —
Извечные темы.
Славя хлеб, как любимой имя,
Несу домой, приподняв его,
Как поэму,
Созданную сибиряками,
Земляками моими.

Федоров Василий

В каждом зёрнышке пшеницы
Летом и зимой,
Сила солнышка хранится
И земли родной.
И расти под небом светлым,
Строен и высок,
Словно Родина бессмертный,
Хлебный колосок.

Орлов В.

Есть такие слова:
«Он всему голова»
Хрустящей корочкой одет
Очень Мягкий белый ХЛЕБ.

Малахова А.

Работают эпохи жернова,
Меняет жизнь привычное теченье,
Утрачивая прежнее значенье,
Уходят устаревшие слова.
Но есть слова, чей смысл так велик
Что время обойтись без них не может,
О них еще немало песен сложит
О них серьезней думать повелит.
Хочу сказать о добром слове «ХЛЕБ»,
Которое весомее с годами,
Судьбе его, просоленной слезами,
Впечатавший в историю свой след…
Тот след не зарастает ковылем…
Под грозные военные раскаты
И хлеб пошел с винтовкою в солдаты,
Отстаивая землю под огнем…
Но битва продолжается за хлеб.
Еще сегодня гибнут на планете
Не знающие вкуса хлеба дети,
А кто-то к их страданьям глух и слеп.
За словом «хлеб» — волнение и труд,
Дожди, неурожаи, суховеи,
Величие целинной эпопеи
И времени пристрастие – строгий суд.

Набиева И.

Я сегодня хлеб не ел,
В лупу на него смотрел.
Весь он в дырочках узорных…
В ямках – белый, в ямках – черный.
Посмотрю в бараночке,
В булке… Тоже – ямочки.
Я у бабушки спросил:
— И пирог дырявым был?
Засмеялась бабушка:
— И блины-оладушки!
Что же это за секрет?
Надо в тесто посмотреть.
Мама тесто замесила,
Набирало тесто силу!
Круглой шапкой поднялось,
Разрослось и расползлось.
Край из миски выпадал…
Кто же вверх его толкал?
— Мама, в лупу посмотри!
Выползают пузыри!
Что же прячут пузыри?
Воздух! Он у них внутри.
Вот откуда в хлебе ямки,
Вот откуда в хлебе дырки!
Потому что там, внутри,
Пузыри-богатыри!

Нина Детская

Рабочий люд едва не весь
На нашей родине — без хлеба.
«Хлеб наш насущный даждь нам днесь!»
Так он, голодный, молит небо.

О, братья! Хлеба — беднякам
В лихие дни нужды народной;
И хлеба умственного — нам,
Стоящим вне толпы голодной!

Утробной пищей сыты мы;
Но без духовного питанья
Ослабли тощие умы,
Бесплодны скудные познанья.

Хоть удается нам порой,
Пускаясь в хитрость и в обманы,
Прикрыть дешевой мишурой
Неблаговидные изъяны;

Хоть, искусившись в похвальбе,
Среди народов даже ныне
Мы поклоняемся себе,
Как между нечистью святыне,-

Но жизнь осветит темный путь
И правду горькую откроет,
Разоблачив когда-нибудь,
Чего гордыня наша стоит.

О, никогда и никому,
Кто льстит вам, братья, вы не верьте!
Без пищи умственной — уму
Грозит беда голодной смерти.

Всем хлеба! Хлеба — беднякам
В лихие дни нужды народной;
И хлеба умственного — нам,
Стоящим вне толпы голодной!

Алексей Жемчужников

Легенда о Бородинском хлебе

На Бородинском поле шло сраженье,
Картечи визг, как по стеклу ножом,
И вот французов лёгкою мишенью
Стал наш обоз с мукой и фуражом.
То ли ядро шальное, то ли мина,
То ли снаряд в фургон с мукой попал,
А следом шёл фургон с корицей, тмином,
И взрыв муку и тмин перемешал.
Ну а солдат кормить-то чем-то надо?
Негоже продовольствие бросать!
Ведь с тмином та мука, поди, не с ядом…
Так стали «Бородинский» выпекать.
И говорят, что даже сам Кутузов,
А может быть, и сам Багратион,
Нахваливали меткость тех французов,
Что так удачно вмазали в фургон.
Вот так из века, ставшего былинным,
Пришёл к нам хлеб, который всем знаком.
Как хорошо, что был фургон тот с тмином,
А не с фасолью или с чесноком!

Александр Симонов

Песнь о хлебе

Вот она, суровая жестокость,
Где весь смысл — страдания людей!
Режет серп тяжелые колосья
Как под горло режут лебедей.

Наше поле издавна знакомо
С августовской дрожью поутру.
Перевязана в снопы солома,
Каждый сноп лежит, как желтый труп.

На телегах, как на катафалках,
Их везут в могильный склеп — овин.
Словно дьякон, на кобылу гаркнув,
Чтит возница погребальный чин.

А потом их бережно, без злости,
Головами стелют по земле
И цепами маленькие кости
Выбирают из худых телес.

Никому и в голову не встанет,
Что солома — это тоже плоть!..
Людоедке-мельнице — зубами
В рот суют те кости обмолоть

И, из мелева заквашивая тесто,
Выпекают груды вкусных яств…
Вот тогда-то входит яд белесый
В жбан желудка яйца злобы класть.

Все побои ржи в припек окрасив,
Грубость жнущих сжав в духмяный сок,
Он вкушающим соломенное мясо
Отравляет жернова кишок.

И свистят, по всей стране, как осень,
Шарлатан, убийца и злодей…
Оттого что режет серп колосья,
Как под горло режут лебедей.

Сергей Есенин

Форма проведения: посиделки за чашкой чая.

Цели:

  • Создать условия для осознания учащимися исключительной роли хлеба на нашем столе и в рационе питания.
  • Познакомить учащихся с историей появления хлеба, возделывания злаков, с технологией приготовления мучных изделий.
  • Ознакомить с новыми рецептами изделий из дрожжевого теста.

Оснащение:

  • Мультимедийная установка.
  • Музыкальный центр.
  • Презентация «Хлеб России».
  • Выставка открыток репродукции картин русских художников:
    • В.Д. Фалилеев «Спелая рожь»;
    • В.Н. Фелорович «Во ржи»;
    • А.К. Соврасов «Рожь»;
    • И.И. Левитан «Сжатое поле».

Хлеб России! Сильный хлеб России!
Как не восхищаться нам тобой,
Если ты из неоглядной сини
Хлещешь, как безудержный прибой!

Ход мероприятия

Преподаватель: Гости дорогие, приглашаю вас на посиделки к радушным хозяюшкам Марьюшки, да Дарьюшки! И поведем мы разговор о Хлебе.

«Хлеб – всему голова!» – гласит старинная русская пословица. Да, Хлеб всегда был важнейшим продуктом, мерилом всех ценностей. И в наш век научно-технических достижений он составляет первооснову жизни народов. Люди вырвались в космос, покоряют реки, моря, добывают нефть, газ, а хлеб остается хлебом. История показывает, что хоть и не хлебом единым жив человек, но все-таки именно раньше всего им мы определяем меру человеческого благополучия.

Хозяюшка 1:

Хлеб – всему голова,
Вечно живут слова.
Вянет листва, трава.
Хлеб – всему голова!
В бурях эпох, имен
Тихо живет, права
Истина всех времен:
Хлеб – всему голова!

В дальних краях село,
В сердце страны Москва,
Всюду нам с ним светло:
Хлеб – всему голова!

Правда, у нас в дому
Будет всегда жива.
Мир – это хлеб всему,
Хлеб – всему голова!

Хозяюшка 2: Во все времена у всех народов было бережное отношение к зернышку, которое даёт ростки жизни. В нем содержится жизнь, которая дается один раз. Вот почему тихим ласковым голосом отец сказал сыну:

«Ты запомни сынок, дорогие слова: Хлеб – всему голова!»

С раннего детства мы наделяем хлеб ласковыми эпитетами: хлебушек, зернышко, булочка, пшеничка, золотая рожь, овсянка. Ни один продукт не пользуется той славой, что хлеб.

Сколько пословиц и поговорок придумал русский народ о хлебе. В них поучительный смысл. Какие вы знаете пословицы?

  • Земля кормит людей, как мать детей.
  • Плох обед, коль хлеба нет.
  • Хлеба ни куска – и в городе тоска.
  • Без соли, без хлеба – худая беседа.
  • У кого хлебушко, у того и счастье.
  • Хлеб от земли, сила от хлеба.
  • Не красна изба углами, а красна пирогами.
  • Не всяк пашню пашет, а всяк хлеб ест.
  • Пот на спине, так и хлеб на столе.
  • Не человек хлеб носит, а хлеб человека.
  • Пахарю земля – мать, а лентяю – мачеха.
  • У кого хлебушко, у того и силушка.
  • Не надо хвалиться, коли не знаешь, как хлеб родится.
  • Хлеб на столе – и стол престол, а хлеба ни куска и стол – доска.
  • Хлеба ни куска, и в тереме тоска, а хлеба край и под елью рай.

Хозяюшка 1: Гости дорогие, предлагаю разгадать загадки:

  • Без ног, без рук, а подпоясанный…… (Сноп)
  • Ходит в поле из края в край, режет черный каравай. (Трактор)
  • Сто братьев в одну избушку вошли ночевать. (Колос)
  • Много ног, а с поля на спине ползет. (Борона)
  • В летнюю пору растут золотые горы. (Снопы)
  • Не море, а волнуется.(Поле)
  • Тысяча братьев одним поясом подпоясаны. (Колосья в снопу)
  • Две недели зеленится, две недели колосится, две недели отцветает, две недели наливает, две недели подсыхает. (Пшеница)
  • В желтом море корабль плывет. (Комбайн)
  • Железный нос, землю врос, режет, копает, зеркалом сверкает (Плуг)
  • Согнута в дугу летом на лугу, а зимой на крюку. (Коса)

Преподаватель: Молодцы! В мудрости пословиц и поговорок ясно видна нравственная цена хлеба. И как не вспомнить слова замечательного человека земли нашей – академика Т.С. Мальцева: «Любовь, бережное отношение к хлебу, как и любовь к Родине, впитывается с молоком матери, воспитывается с детства».

До слез обидно видеть выброшенный кусок хлеба в помойку. Или в столовой можно увидеть в отходах пищи куски хлеба, булочек. Да, мы богаты хлебом, но это богатство не перечеркивает необходимость бережно относиться к нему. Приглядитесь к себе: вошло ли в привычку у Вас по-хозяйски относиться к хлебу? За обедом, завтраком, ужином так нарежьте его, чтоб не оставалось кусочков. А если есть лишний, используйте остатки иначе – в сухарях, в добавках к блюдам.

Ведь из сухого черствого хлеба можно приготовить вкусные питательные блюда, угощения к чаю – пирожное с изюмом и орехами, бисквит из ржаных сухарей, пирожное – картошка с какао, шарлотка с яблоками, гренки с ягодами.

Берегите хлеб! Пусть малая бережливость станет внутренним залогом каждого из нас.

И всегда помните:

Хлеб – земля
Хлеб – воздух
Хлеб – вода
Это то, без чего не может быть жизни.

Хозяюшка 2: А знаете лм вы, что, у же 5-6 тысяч лет назад древние египтяне использовали дрожжи, благодаря которым хлеб был мягким и пышным. Искусством выпекать кислый хлеб стали заниматься греки и римляне. В Греции в пятом веке до нашей эры этот хлеб считался деликатесом и стоил значительно дороже пресного хлеба. Ели его только состоятельные люди. Очень ценили такой хлеб чёрствый. Такой хлеб был как целебное средство против разных болезней.

В Древнем Риме, Египте, древней Греции хлеб выпекали в специальных пекарнях, мастерство пекарей очень ценилось.

В Риме до наших дней сохранился тринадцатиметровый памятник пекарю Марку Вергилию Эврисаку, воздвигнутый 2 тысячи лет тому назад.

На Руси уже в одиннадцатом веке выпекали хлеб из ржаной муки. Секрет этого приготовления держался в строжайшей тайне и передавался из поколения в поколение. Кроме ржаного хлеба в монастырских пекарнях выпекали, просвиры, хлеб из пшеничной муки, сайки, калачи.

В десятом-тринадцатом веках выпекали хлебы с мёдом, маком, творогом, ковриги, пироги с разной начинкой.

Труд пекарей в древнем Риме, и древнем Египте, и в Царской России был тяжелейшем, все операции выполнялись вручную. Но пекари на Руси всегда пользовались особым уважением у народа.

Хозяюшка 2: Какой громадный труд проделали многие поколения людей в течение нескольких веков, чтобы получить такой хлеб, как мы едим ежедневно!

Хлеб появился в глубокой древности, свыше 15 тысяч лет назад. По мнению ученых, именно в те далекие доисторические времена человек впервые стал собирать, а затем и сеять хлебные злаки, которые были предками наших теперешних пшеницы, ржи, овса, ячменя.

В каменном веке люди ели зерна в сыром виде. Археологи установили, что прапрабабушкой хлеба была жидкая каша из зерен. Люди ели такую пищу до тех пор, пока научились выпевать лепешки из густой зерновой каши.

Плотно подгорелые куски мало напоминали наш хлеб, но именно с их появлением началась на земле эпоха хлебопечения.

Затем люди научились растирать зерна между камнями и смешивать полученную муку с водой. Так появились первые жернова, первая мука и первый хлеб.

Прошло несколько тысячелетий, пока люди научились делать хлеб из теста. Это было величайшее изобретение человечества.

Хозяюшка 1: Земля! Мать-кормилица!

Потом и кровью натруженных мозолистых рук крестьян добывался кусок хлеба. Основным орудием возделывания зерновых культур была соха.

На миллионах крестьянских полосок полвека назад Соха властелином была.

Мизерна ее деревянная сила
Невзрачен ее незатейливый вид,
Но часто соха Россию кормила,
Хоть не был сам пахарь от этого сыт.
Сегодня соха поселилась в музее,
Но мы, россияне, забыть не должны
Все то, что хорошего сделано ею
Для нашей великой любимой страны!

Хозяюшка 2: А знаете ли вы, какой хлеб пекли в царских пекарнях 300 лет назад?

Конечно калачи! Сохранился документ с перечнем яств, которыми одаривал Петр I в день своего рождения свою дворцовую челядь. Это были Калачи!

Калач – это не просто лакомство. Это символ любви, заботы, внимания, надежды….

  • Сайка – так называют булку из специального теста. Название эстонское и означает «белый хлеб»,
  • Название «калач произошло от слова «колесо»
  • Кулебяка в переводе с финского означает рыбная, а в словаре В. Даля слово «кулебяка» образовалось от слова «кулебячить»- валять руками, лепить.
  • Расстегай – это пирожок незакрытый, «расстёгнутый».
  • Ватрушка – это круглые пирожки от слова «ватра», т. е. «огонь», «очаг», похожие на солнце
  • Батон – название пришло из французского языка. Батон – это «палка, жезл».
  • Булка – это уменьшительная форма булы. Название пришло из польского языка.
  • Или такая поучительная история. Булочник Иван Филиппов изобрёл сайки с изюмом таким образом. Генерал-губернатору Москвы каждое утро подавали сайки И. Филиппова. И однажды попалась сайка с тараканом. Филиппов не растерялся и объяснил, что это сайка с изюмом, да и съел её на глазах у всех. Генерал-губернатор ничего не заподозрил, а после похвалил Филиппова за такие сайки.

Хозяюшка 1: Труд пекарей был и остается благодарным, хоть и не из легких. Но слава этому труду огромна, а слава хлебу в доме вечная.

Заслуженных пекарей – белгородцев немало. Мы говорим им « Спасибо!»

Я думаю, и среди нас есть будущие пекари и кондитеры. Мы продолжим их труд и будем радовать и свою семью и белгородцев тоже вкусными изделиями.

А когда заходишь в наш техникум, вдыхаешь аппетитный запах свежих булочек, пирожков с повидлом, яблоками. И мысленно говоришь: Спасибо нашим мастерам: Уракаевой Елене Викторовне, Чуевой Галине Николаевне за их вкусный труд и золотые руки…

Ваш каравай, испечённый вами, принес нам радостное настроение и частичку хорошего здоровья.

Хозяюшка предлагает отведать ароматные, пышные изделия из дрожжевого теста: каравай, булочки домашние, расстегаи, пирожки печёные с различными фаршами, кулебяку с рыбой и капустой.

Хозяюшка 2: Богат хлебом и наш уголок земли- Белгородчина. Магазинные полки всегда полны хлебами:

  • Дарницкий новый,
  • Стойленский с добавлением в хлеб морской капусты, которая решает проблему снабжения нашего организма йодом. Изготовитель этих хлебов – ОАО «Колос»
  • Хлеб Белгородский ржаной бездрожжевой. Изготовителем этого хлеба является завод «Гурман»
  • Срок хранения этих хлебов – 72 часа
  • Ароматный и пышный белый хлеб, румяные батоны, батоны нарезные, булочка дорожная, булочка городская. Они удобны для приготовления бутербродов. И срок хранения их тоже 72 часа. А что может быть вкуснее хлеба подового, его румяной корочки с чесноком и салом!

Хозяюшка вносит каравай.

Нам зачинать досталась роль,
Не путайся с нагрузками,
Мы принесли Вам хлеб да соль
На посиделки русские.
Жива традиция, жива
От поколенья старшего.
Важны обряды и слова
Из прошлого из нашего.
И потому принять изволь
Тот, кто пришёл на посиделки,
На нашей праздничной тарелке
Из наших рук и хлеб и соль.

Хозяюшка 1: Из хлеба можно приготовить самые разнообразные бутерброды. Существует их великое множество. Только в Дании насчитывается около 2000 видов.

«Русский калач» – плетеный хлеб, славянское слово, название произошло от общеславянского.

Московские пекари уверяли, что калачи можно печь только в Москве, на воде из Москвы – реки.

«Кулебяки» – почему это название изделия хлеба называется кулебякой? На этот счет много мнений. Интересно объяснение Владимира Даля: «кулебячить» – валять руками, лепить, стряпать.

«Без пирога именинник не именинник»,

«Колчан пригож стрелами, обед – пирогами».

Эти русские пословицы говорят о давней популярности пирогов. Это блюдо появляется на столе не каждый день, в основном в праздники.

Не случайно, наверное, слово «пирог» происходит от слова «пир».

Гостям посиделок предлагается вспомнить и рассказать стихи о хлебе:

    Удивителен запах хлеба,
    Этот запах нам с детства знаком.
    Пахнет хлеб и степью, и небом,
    И травой, и парным молоком,
    Талым снегом и вешней грозою,
    И мужицким солёным потом.
    А порой и мужицкой слезою…. (В. Горохов)

    Хлеб России! Сильный хлеб России!
    Как не восхищаться нам тобой,
    Если ты из неоглядной сини
    Хлещешь, как безудержный прибой!
    Хлеб России, хлеб моей Отчизны,
    Дюжий, богатырский, как всегда,
    Жизнью создавался ты для жизни
    И трудом для нового труда. (Е. Винокуров)

Гости благодарят за радушный прием, вкусные пироги.

«Пшеница»
Положит в землю Человек зерно,
Прольётся дождь — зерно орошено.
Крутая Борозда и мягкий Снег
Зерно укроют на зиму от всех.
Весною Солнце выплывет в зенит,
И новый колосок позолотит.
Колосьев много в урожайный год,
И человек их с поля уберёт.
И золотые руки Пекарей
Румяный хлеб замесят поскорей.
А женщина на краешке доски
Готовый хлеб разрежет на куски.
Всем, кто лелеял хлебный колосок,
На совести достанется кусок.


Вот он Хлебушек душистый,
Вт он теплый, золотистый.
В каждый дом, на каждый стол,
он пожаловал, пришел.
В нем здоровье наша, сила, в нем чудесное тепло.
Сколько рук его растило, охраняло, берегло.
В нем — земли родимой соки,
Солнца свет веселый в нем…
Уплетай за обе щеки, вырастай богатырем!

В каждом зёрнышке пшеницы
Летом и зимой
Сила солнышка хранится
И земли родной.
И расти под небом светлым,
Строен и высок,
Словно Родина бессмертный,
Хлебный колосок.

«В поле»

С тихим ветром в разговоре

Рожь волнуется как море…

А на небе голубом

Солнце весело сияет

Все живет и обливает

Золотым своим огнём.

И среди колосьев ржи

Где кружатся мотыльки,

Да кузнечики играют,

Взгляд приветливый бросают

Голубые васильки.

Гнули колос злые ветры, и дожди на колос шли,
Но сломить его за лето так они и не смогли.
Вот какой я! — он хвалился — с ветром справился, с водой!
До того он загордился, вырос кверху бородой.

Вот и лето пролетело, тянет холодом с реки.
Рожь поспела, пожелтела, наклонила колоски.
Два комбайна в поле ходят. Взад-вперед, из края в край.
Жнут — молотят, жнут — молотят, убирают урожай.
Утром рожь стеной стояла. К ночи — ржи как не бывало.
Только село солнышко, опустело зернышко.

Вешний день, пахать пора. Вышли в поле трактора.
Их ведут отец мой с братом, по холмам ведут горбатым.
Я в вдогонку им спешу, покатать меня прошу.
А отец мне отвечает: — Трактор пашет, не катает!
Погоди-ка, подрастешь, сам такой же поведешь!

«Золотой дождик»

По земле сырой, не жёсткой

Там, где тракторы прошли

Неглубокие бороздки

В черной пашне пролегли

И до вечера и позже

До полуночи с темнотой,

Зерна сыпались, как дождик

Точно дождик золотой.

«Хлеба пекутся»

Тонкой струйкой сытной

Змеится теплый запах по углам.

Вдыхаю мир отрадный, самобытный

С любовью и слезами пополам.

Как просто пониманье Мирозданья,

Когда, проснувшись по утру в тепле,

Под солнечное лучика лобзанье,

Домашний хлеб увидишь на столе.

Расскажу тебе, дружок,
Про чудесный колосок.
Тот, что зреет на полях –
Попадёт на стол в хлебах.
Сушки, плюшки и батон –
Хлеб приходит в каждый дом. ..

Детские стихи про хлеб:

Т. Лаврова

Из чего печётся хлеб ,
Что едим мы на обед?
Хлеб печётся из муки,
Что дают нам колоски.

Рожь, пшеница в век из века
Щедро кормят человека.
Плюшки с маком, кекс сметанный,
Чёрный с тмином, пеклеванный,
Калачи, батоны, халы…
Хлеб для маленьких и старых,
Для Танюшек и Наташ.
Добрый хлеб – кормилец наш!

***
До чего же вкусен хлеб ,
Хлеб водой запил — обед,
А на ужин две горбушки
С молоком по полной кружке,
Что осталось, всё в ладошку,
Птицам кинуть на дорожку.

А. Малахова

Есть такие слова:
«Он всему голова»
Хрустящей корочкой одет
Очень Мягкий белый ХЛЕБ .

Я. Коваль

На столе краюшка хлеба
Мягкого, душистого,
Сверху корочка хрустит
Цвета золотистого.
Если ломоть мы отрежем,
И намажем маслом свежим,
То получим бутерброд
И отправим прямо в рот.

С. Погорельский

Слава миру на земле!
Слава хлебу на столе!
Слава тем, кто хлеб растил,
Не жалел трудов и сил!

А. Гришин

Вам и расскажут, и в книгах прочтёте:
Хлеб наш насущный всегда был в почёте.
Низкий поклон мастерам урожаев,
Тем, кто зерно в закромах умножает,
И хлебопекам-умельцам искусным,
Всем, кто нас радует хлебушком вкусным.

С. Мельников

Золотистую пшеницу
Жернова сотрут в мучицу.
Из муки замесим тесто –
В формочках в печи ей место.
Подрумянился, окреп
В жаркой печке вкусный хлеб .

Г. Стеценко

С белым хлебом положили
Чёрный хлеб мне на обед.
Удивить меня решили?
Чёрный? В чём его секрет?
Видно, пекарь с неохотой
Пёк и хлеб в печи забыл?
Или же перед работой
Чисто руки не помыл?
Мама тут же объяснила,
Что мука ржаная есть:
«Черный хлеб прибавит силы».
Съел. И завтра буду есть!

И. Коньков

Самый вкусный, несравненный,
Всем знакомый с детских лет —
Это наш обыкновенный
И любимый русский хлеб :
Каравай пахучий, знатный,
Кренделя и калачи,
Бублик с маком ароматный,
А на Пасху куличи.
Можно с мёдом есть и с маслом,
С сыром, рыбой, ветчиной
И с икрой, кружком колбасным
Белый хлеб или ржаной.
Пироги же — хлеб особый,
Их на праздник подают,
А готовят всё со сдобой
И с начинкою пекут.
Пышки, пончики, ватрушки
Спрыгнуть с противня хотят —
Это хлебные игрушки,
В праздник радость для ребят.
Или пряники, печенье —
То, что мама испечёт,
Для детишек объеденье,
Разевай пошире рот!

Н. Детская

Я сегодня хлеб не ел,
В лупу на него смотрел.
Весь он в дырочках узорных…
В ямках – белый, в ямках – черный.
Посмотрю в бараночке,
В булке… Тоже – ямочки.
Я у бабушки спросил:
— И пирог дырявым был?
Засмеялась бабушка:
— И блины-оладушки!
Что же это за секрет?
Надо в тесто посмотреть.
Мама тесто замесила,
Набирало тесто силу!
Круглой шапкой поднялось,
Разрослось и расползлось.
Край из миски выпадал…
Кто же вверх его толкал?
— Мама, в лупу посмотри!
Выползают пузыри!
Что же прячут пузыри?
Воздух! Он у них внутри.
Вот откуда в хлебе ямки,
Вот откуда в хлебе дырки!
Потому что там, внутри,
Пузыри-богатыри!

Хлеб это символ благополучия, достатка. Хлеб на столе — это богатство в доме.

История.

Ученые полагают, что хлебу свыше 15 тысяч лет, его знали уже в Неолите. Правда,
хлеб в те давние времена мало чем напоминал нынешний.
Первый хлеб представлял собой подобие запечёной кашицы, приготовленной из крупы и воды, а также мог стать результатом случайного приготовления или намеренных экспериментов с водой и мукой.

В древнем Египте 5-6 тысяч лет назад произошло как бы второе рождение хлеба. Там научились разрыхлять тесто, способом брожения, используя чудодейственную силу микроскопических организмов — хлебопекарных дрожжей и молочнокислых бактерий. Искусство приготовления “кислого хлеба” от египтян перешло к грекам. Большим лакомством считался разрыхленный пшеничный хлеб и в Древнем Риме. Там появились довольно крупные пекарни, в которых мастера выпекали многие сорта хлеба.

На Руси владели секретом приготовления дрожжевого теста с незапамятных времен. Пекарни когда-то назывались избами. Но пекли хлеб практически в каждом доме. Лишь несколько веков назад возникла специализация хлебных дел мастеров. Появились хлебники, пирожники, пряничники, блинники, ситники, калачники. С ростом благосостояния населения страны доля потребления самого хлеба немного падает, но, тем не менее, это еще основной продукт на столе рабочего, крестьянина, на солдатском столе. Со временем возникает все больше блюд с использованием муки.

Привычка и любовь к черному кислому хлебу у русского народа была настолько сильна, что даже имела серьезные исторические последствия. Как утверждает авторитет в области истории поваренного искусства Вильям Похлебкин, один из важнейших в истории Европы расколов — разделение церквей на западную и восточную, католичество и православие — произошел в значительной степени из-за хлеба. В середине 11 века, как известно, в христианской церкви разгорелся спор о евхаристии, то есть о том, следует ли употреблять квасной (кислый) хлеб, как это делалось в Византии и на Руси, или пресный — согласно практике католической церкви. Византия, стоявшая во главе восточной церкви, вынуждена была выступить против запрета папы Льва 9-го употреблять кислый хлеб, так как не сделай она этого, то лишилась бы союза и поддержки Руси. В России же, как мы уже говорили, кислый хлеб воспринимался как символ национальной самобытности, и отказ от него для русских был невозможен.

Русские всегда ели больше хлеба, чем мяса, что отмечали практически все иностранные путешественники.
В средневековой Англии черный хлеб ели разве что бедняки, а представители состоятельных сословий использовали его, главным образом, в качестве тарелок: большие буханки хлеба, выпеченные несколько дней назад, нарезались крупными ломтями, в середине куска делали небольшое углубление, в которое клали еду. После обеда эти «тарелки» собирали в корзину и раздавали беднякам.

Хлеб, как предмет культа.

С хлебом связано много обрядов. У восточных и западных славян было принято класть хлеб перед иконами, как бы свидетельствуя этим о своей верности Богу. Хлеб брали с собой, отправляясь свататься; с хлебом и солью встречали гостя, молодых по возвращении из церкви после венчания; везли хлеб вместе с приданым невесты. Хлеб часто использовали в качестве оберега: клали его в колыбель к новорожденному; брали с собой в дорогу, чтобы он охранял в пути. Буханка хлеба и каждый его кусок, особенно первый, или крошка воплощали собой долю человека; считалось, что от обращения с ними зависят его сила, здоровье и удача.

Приметы:

Не разрешалось, чтобы один человек доедал хлеб за другим — заберешь его счастье и силу. Нельзя есть за спиной другого человека — тоже съешь его силу.

Дашь во время еды хлеб со стола собакам — постигнет бедность.

При молодом и стареющем месяце нельзя было начинать посевов: “Добро сеять при полном месяце!” Хотя хлеб, посеянный в новолуние, растет и зреет скоро, но колос не будет богат зерном. И наоборот: “полнолунный хлеб” растет тихо и стеблем короток, но зато обилен полновесным зерном.

Если солнышко закатилось — “не починай новой ковриги”, а то хлеб будет нехорош, да и все хозяйство может прийти в упадок. Ну, а если очень нужно отрезать хлеба, то горбушку не ели, а отрезав, сколько нужно, горбушку приставляли к ковриге.

Самым большим грехом на Руси считалось уронить хотя бы одну крошку хлеба, еще большим — растоптать эту крошку ногами.

Люди, преломившие хлеб, становятся друзьями на всю жизнь.

Принимая хлеб соль на рушнике, хлеб следует поцеловать.

Стихи про хлеб.

Хлеба пекутся.

Тонкой струйкой сытной
Змеится теплый запах по углам.
Вдыхаю мир отрадный, самобытный
С любовью и слезами пополам.
Как просто пониманье Мирозданья,
Когда, проснувшись по утру в тепле,
Под солнечное лучика лобзанье,
Домашний хлеб увидишь на столе.

В каждом зёрнышке пшеницы
Летом и зимой
Сила солнышка хранится
И земли родной.
И расти под небом светлым,
Строен и высок,
Словно Родина бессмертный,
Хлебный колосок.

Пшеница

Положит в землю Человек зерно,
Прольётся Дождь- зерно орошено.
Крутая Борозда и мягкий Снег
Зерно укроют на зиму от всех.
Весною Солнце выплывет в зенит
И новый колосок позолотит.
Колосьев много в урожайный год,
И человек их с поля уберёт.
И золотые руки Пекарей
Румяный хлеб замесят поскорей.
А женщина на краешке доски
Готовый хлеб разрежет на куски.
Всем, кто лелеял хлебный колосок,
На совести достанется кусок.

Зёрна наших дней, светитесь
Позолотою резной!
Говорим мы: «Берегите.
Берегите Хлеб родной…
Не мечтали мы о чуде.
К нам с полей живая речь:
«Берегите хлеб, вы -люди!
Научитесь хлеб беречь».

Пахнет хлебом

На пустых полях стерня
Жухнет и сереет.
Солнце только среди дня
Светит, но не греет.

По утрам седой туман
Бродит по болотам,
То ли что-то прячет там,
Толи ищет что-то.
После сумрачных ночей
Выцветает небо…..

А в деревне из печей
Тянет свежим хлебом….
Пахнет домом хлеб ржаной,
Маминым буфетом,
Ветерком земли родной,
Солнышком и летом.

Нож поточен о брусочек.
-Папа, дай кусочек!

(Перевод И. Токмаковой)

Вновь взращено и обмолочено,
Вновь в закрома течёт оно.
Ладонь натруженную дочерна
Врачует, падая, зерно.

Мы им во сне коротком бредили.
И вот он, труд наш, на виду.
Забыто всё, что недоедено
И что не доспано в страду.

Радо солнцу небушко, полюшко подсолнушку.
Рада скатерть хлебушку: он на ней как солнышко.

Хлеб ржаной, батоны, булки не добудешь на прогулке.
Люди хлеб в полях лелеют, сил для хлеба не жалеют.

Васильки, как капли брызнули, будто небо пролилось.
Набежала туча издали, промочила лес насквозь.
Солнце чертит в небе полосы, птицы песню завели-
Созревай же, колос к колосу, сладкий хлеб моей земли!

Вот он Хлебушек душистый,
Вт он теплый, золотистый.
В каждый дом, на каждый стол,
он пожаловал, пришел.
В нем здоровье наша, сила, в нем чудесное тепло.
Сколько рук его растило, охраняло, берегло.
В нем — земли родимой соки,
Солнца свет веселый в нем…
Уплетай за обе щеки, вырастай богатырем!

Гнули колос злые ветры, и дожди на колос шли,
Но сломить его за лето так они и не смогли.
Вот какой я! — он хвалился — с ветром справился, с водой!
До того он загордился, вырос кверху бородой.

Вот и лето пролетело, тянет холодом с реки.
Рожь поспела, пожелтела, наклонила колоски.
Два комбайна в поле ходят. Взад-вперед, из края в край.
Жнут — молотят, жнут — молотят, убирают урожай.
Утром рожь стеной стояла. К ночи — ржи как не бывало.
Только село солнышко, опустело зернышко.

Вешний день, пахать пора. Вышли в поле трактора.
Их ведут отец мой с братом, по холмам ведут горбатым.
Я в вдогонку им спешу, покатать меня прошу.
А отец мне отвечает: — Трактор пашет, не катает!
Погоди-ка, подрастешь, сам такой же поведешь!

О хлебе

Я видела однажды, по дороге.
Подбрасывал мальчишка хлеб сухой.
И ловко били хлеб шальные ноги.
Играл, как мячиком, мальчишка озорной.

Тут подошла, старушка и, нагнувшись,
Взяла батон, заплакав вдруг, ушла
Мальчишка в след глядел ей, улыбнувшись.
Решил, что это нищенка была.

Тут дед, сидевший на скамейке, рядом.
Поднялся и к мальчишке подошел
« Зачем — спросил он, голосом усталым —
-Ты, мальчик поступил нехорошо»

А утром, в день победы, ветераны.
Все при параде, в школу, ту, пришли.
Мальчишке показалось очень странным,
Что ветераны хлеб, с собой, несли.

Узнал мальчишка, в старом ветеране.
Седого старика, на той скамье.
Он замер, тишина стояла в зале.
И хлеб душистый на большом столе.

И та, старушка, что ушла с батоном.
Сидела рядом, грудь вся в орденах.
В глазах мальчишки голубых, бездонных.
Вдруг, со слезами появился страх.

Она, разрезав хлеб, взяла горбушку.
Мальчишке, нежно, в руки подала.
И быль, рассказанная, той старушкой.
Его в блокадный Ленинград перенесла.
.
Вот перед ним возник холодный город.
Во вражеском кольце, кругом бои.
Свирепствует зима и лютый голод.
И тот батон, что поднят был с земли.

Прижав батон, он мчится по дороге.
Он знает, мать его, больная, ждет.
Торопится он к ней, замерзли ноги.
Но счастлив он, он хлеб домой несет.

А дома, бережно, батон он режет.
Куски считая, чтоб хватило им.
Пусть он сухой и пусть не очень свежий.
Он был единственным и очень дорогим.

Нарезав хлеб, сметает крошки в руку.
И матери, ее кусок, несет.
В глазах ее он видит боль и муку.
И тот немой вопрос «Ты ел, сынок»

Но, вспомнив, как он бил батон ногою.
Он выхватил, тот хлеб, у ней из рук
Мать закричала « Что, сынок, с тобою.
Дай хлеба, я умру от этих мук»

Он зарыдал и вновь перед глазами.
Старушка, что батон с земли берет.
Она стоит и нежными руками.
Мальчишке, хлеб душистый, подает.

Берет, он хлеб и к сердцу, прижимая.
Бежит домой, там, мать больная, ждет.
Боль матери всем сердцем понимает.
И оправданий он себе не ждет.

Он входит в дом, сидят в нем ветераны.
Все в зале замерло, лишь слышен сердца стук.
Все сном прошло, остались только раны
От боли той, в глазах стоял испуг.

Он понял цену, тем слезам и хлебу.
Который, дерзко, превратил он в мяч.
На землю, вновь его вернули с неба.
Слова старушки « Ешь, сынок, не плачь»

Стоит она и гладит по головке.
В глаза глядит, так, как глядела мать.
Ему, вдруг, стало стыдно и неловко.
« Простите» — только это смог сказать.

Я видела, как тихо, по дороге.
Идет мальчишка, голову склонив.
И дед седой все курит на пороге.
Всю боль души, молчаньем сохранив.

Пословицы и поговорки о хлебе.

В устном творчестве русского народа, упоминание хлеба встречается часто. Это неудивительно, с давних пор он употреблялся в пищу, от того, насколько богат был урожай, зависела судьба людей до следующей жатвы.

Береги хлеб для еды, а деньги для беды.
-Сеем, пашем, руками машем, о межи тупим, а хлеб круглый год купим.
-Тот счастлив, у кого есть хлеба с душу, платья с тушу, денег с нужу.
-У голого порой бывает пир горой, да горько после пиру — ходить за хлебом по миру
-И богат мужик, да без хлеба — не крестьянин.
-У нищего хлеб на уме, у скупого и корочки на счету.
-Всяк на себя хлеб добывает.
-Невеяный хлеб не голод, а посконная рубаха не нагота.
-Хлеб — батюшка, вода — матушка.
-Хлеб хлебу брат.
-Худ обед, когда хлеба нет.
-Хлеба ни куска, так и в горнице тоска.
-Хлеб да вода — мужицкая еда.
-Хлебушко — калач дедушка.
-Хлеба нет — корочка в честь.
-Сколько ни думай, а лучше хлеба-соли не придумаешь.
-Человек хлебом живет, а не промыслом.
-Покуда есть хлеб да вода, все не беда.
-Без хлеба, без соли худая беседа.
-Палата бела, а без хлеба в ней беда.
-Плевать на обед коли хлеба нет.
-Хлеб — дар божий, отец, кормилец.
-Хлеб да соль, и обед пошел.
-Без хлеба, без соли никто не обедает.
-Не в пору и обед, коли хлеба нет.
-Хлеб черствый — обед честный.
-Был бы хлеб, а зубы сыщутся.
-Бел снег, да по нем собака бежит, черна земля, да хлеб родит.
-Была бы голова на плечах, а хлеб будет.

Загадки о хлебе.

Отгадать легко и быстро:
Мягкий, пышный и душистый,
Он и чёрный, он и белый,
А бывает подгорелый. (Хлеб)

Комковато, ноздревато,
И губато, и горбато, и твердо,
И мягко, и кругло, и ломко,
И черно, и бело, и всем мило. (Хлеб)

Всем нужен, а не всякий сделает (Хлеб)

Бьют меня палками, жмут меня камнями,
Держат меня в огненной пещере,
Режут меня ножами.
За что меня так губят?
За то, что любят. (Хлеб)

Круглобок и маслян он,
В меру крут, посолен, —
Пахнет солнечным теплом,
Пахнет знойным полем. (Хлеб)

Мнут и катают,
В печи закаляют,
Потом за столом
Режут ножом. (Хлеб)

Вот он —
Тёплый, золотистый.
В каждый дом,
На каждый стол —
Он пожаловал — пришёл. В нем —
Здоровье, наша сила,
В нем —
Чудесное тепло.
Сколько рук
Его растило,
Охраняло, берегло! (Хлеб)

Кольцо не простое,
Кольцо золотое,
Блестящее, хрустящее,
Всем на загляденье…
Ну и объеденье! (Баранка или бублик.)

Что на сковородку наливают
Да вчетверо сгибают? (Блины.)

В печь сперва его сажают,
А как выйдет он оттуда,
То кладут его на блюдо.
Ну, теперь зови ребят!
По кусочку все съедят. (Пирог.)

Вырос в поле дом. Полон дом зерном. Стены позолочены. Ставни заколочены. Ходит дом ходуном на столбе золотом (Зерно)

Считалки о хлебе.

Чистоговорки о хлебе.

Жок-жок-жок — это пирожок.
Шки-шки-шки — мама жарит пирожки.
Шки-шки-шки — мы любим пирожки.
Жок-жок-жок — кушай Женя пирожок.
Ач-ач-ач — вот калач.
Чи-чи-чи — пекуться в печке калачи.
Чи-чи-чи — мы любим калачи.
Чи-чи-чи — на праздник будут калачи.

Интересные факты:

Из зернышка пшеницы можно получить около 20 миллиграммов муки первого сорта. Для выпечки одного батона требуется 10 тысяч зерен.

Хлеб дает нашему организму белки, углеводы, обогащает его магнием, фосфором, калием, что необходимо для работы мозга. Хлеб содержит витамины. Ученые-медики считают, что взрослый человек должен съедать в сутки 300-500г хлеба, при тяжелой работе все 700г. Детям, подросткам нужно 150-400г хлеба. Почти половину своей энергии человек берет от хлеба.

Самыми популярными злаками для хлеба являются пшеница, рожь и ячмень.
Для выпекания «хлебоподобных» изделий могут использовать также муку из овса, кукурузы, риса, гречи.

Блюда из пшеницы нормализуют пищеварение и обменные процессы, выводят шлаки из организма, являются хорошей профилактикой дисбактериоза и диатеза, способствуют укреплению мышц.

Кукурузная крупа, которая получается из белой и желтой кукурузы, богата крахмалом, железом, витаминами В1, В2, PP, D, Е и каротином (провитамином А).

Национальные сорта хлебобулочных изделий

У каждого народа существует исторически сложившийся ассортимент хлеба и хлебобулочных изделий, разнообразных по форме и составу.

На Украине очень популярны паляница, арнаут киевский, калач, булочки дарницкие, рогалики закарпатские.

На территории России издавна большим спросом пользуются калачи — уральский, саратовский и другие, хлеб московский, ленинградский, орловский, ставропольский из ржаной, ржано-пшеничной и пшеничной муки.
В центральной части и северо-западных районах предпочитают ржаной и пшеничных хлеб, в восточных, южных и юго-западных — в основном пшеничный.

Белорусские хлебные изделия в своем составе содержат молочные продукты. Широко распространен подовый белорусский хлеб из смеси ржаной сеяной муки и пшеничной муки второго сорта, минский хлеб, белорусский калач, молочный хлеб, минская витушка и др.

Хорошей плотностью, чудесным сильным хлебным ароматом и ярко выраженным вкусом обладает молдавский серый пшеничный хлеб, выпекаемый из муки простого помола.

Полезный хлеб, в состав которого входят натуральное или сухое молоко, молочная сыворотка, выпекаемый жителями Прибалтики. Из ржаной обойной и обдирной муки выпекают литовский и каунасский хлеб, рулет аукштайчу с маком, хлеб латвийский домашний, булочки рижские дорожные, высокосортное изделие светку-мейзе и др. Хлебопеки Эстонии создали новое изделие, содержащее молочные продукты,- валгаскую булку, которая отличается высокими вкусовыми качествами.

У жителей Средней Азии популярны всевозможные лепешки, чуреки, баурсаки.

В Узбекистане благодаря вкусовым качествам и затейливому узору славятся лепешки гид-жа, пулаты, оби-нон, катыр, сутли-нон, кульча.
По форме и приготовлению близки и таджикские лепешки чаботы, нонирагвани, лаваш, джуйбори, туркменские кулче, киргизские чуй-нан, колючнан и др.

В Армении из тончайших листов теста пекут знаменитый, древнейший из хлебов лаваш.

Грузинские мастера издавна славятся выпечкой тандырного хлеба: мадаули, шоти, трахтинули, саоджахо, мргвали, кутхиани.

У азербайджанцев популярен чурек.

Рецепты.

Рецепт белого пшеничного хлеба:

Теплая вода 285 мл
молоко 115мл
Подсолн.масло 2 ст.л.
Соль 2 ч.л.
сахар 1,5 ст.л
Пшен.мука 640гр.
Сухие дрожжи 4 ч.л.

Рецепт ржаного хлеба:

мука ржаная — 10 кг
сыворотка — 4,5-5 л
соль — 150 г
дрожжи прессованные — 50-100 г

Рецепт ржано-пшеничного хлеба с тмином:

Вода — 3 стакан
Дрожжи — 2 ст. л.
Сахар — 1 ст. л.
Ржаная мука — 3 стакан
Пшеничная мука — 3 стакана
Семена тмина — 3 ст. л.
Растительное масло — 1 ст. л.
Соль — 1 ст. л.

// Октябрь 13, 2009 // Просмотров: 347 473

стихов Кэтрин Маренги — Finishing Line Press

14,99 $

 

Некая непосредственность голоса убеждает нас в Преломлении Хлеба . Этот сборник о семейных отношениях основан на расширенной метафоре, использующей живой мир в качестве палитры, пока, наконец, все не будет «убрано, как семена в бункере». Точность и музыкальность Marenghi неотразимы.

– Кэтрин Джордан , поэт, автор книги Riding Waves

 

Преломление хлеба наполнено конкретными моментами, которые переносят нас в мир благодати и искупления.В ее ловких поэтических руках эти остатки нашего повседневного мира становятся, по ее словам, «слышимыми, как дождь / и ясными, как далекое небо».

– Мэри Кэтрин Уэйнрайт , поэт, автор книги Вкус соли: стихи

 

Кэтрин Маренги Дебютный буклет Преломление хлеба отточен и тщательно выточен со всем мастерством скульптора. Своим гостеприимным и доступным лиризмом Маренги приглашает нас в ретроспективу уз жизни, потери и тоски.

– Бонни Ларсон Стайгер , поэт, автор книги Destiny Manifested

 

 

Описание

Преломление хлеба: стихи

на Кэтрин Маренги

$14,99, бумага

978-1-64662-114-9

2020

Поэзия Кэтрин Маренги была опубликована в литературных журналах США и Мексики и получила несколько наград. Известный поэт Ричард Бланко выбрал ее стихотворение «Долгожданный человек» как победителя первого места на поэтическом конкурсе 2018 года, спонсируемом журналом Crossroads Magazine . Поэт Дженнифер Клемент выбрала свое стихотворение «Письмо моему сыну в Бруклин» как первое место в том же конкурсе Crossroads в 2019 году. Ее стихи, в том числе «Протест», дважды получали первые места от Американской академии. Программа поэтической премии университета и колледжа поэтов. Совсем недавно ее работы появились в журналах Sisyphus, Crossroads, Solamente en San Miguel, Italian Americana, Mobius: The Journal of Social Change , Phi Beta Kappa Forum, и Pantoums for the 21 st Century .Ее мемуары 2016 года Glad Farm — это получившая признание критиков история бедности, потерь и стойкости. Среди многочисленных одобрений бывший президент Джимми Картер назвал его «вдохновляющим». Она делит свое время между Мексикой и Массачусетсом.

«Представьте себе ангелов хлеба» Мартина Эспады — массовая поэзия

Представьте ангелов хлеба

Мартин Эспада

Это год, когда скваттеры выселяют арендодателей,
глядя, как адмиралы, с перил
крыши
или левитируя руками в восхвалении
пара в душе;
это год
что беженцы в шалях депортируют судей,
которые пялятся в пол
и их опухшие ноги
когда файлы проштампованы
с их пунктом назначения;
это год, когда полицейские револьверы,
раскаленные, обжигают пальцы
разъяренных копов,
и дубинки
осколками в их ладонях;
это год
темнокожих мужчин
линчевавших столетие назад
возвращение тихо попить кофе
с извиняющимися потомками
их палачей.

Это год, когда тех
, которые плывут по границе
и дрожат в товарных вагонах
, встречают трубами и барабанами
на первом железнодорожном переезде
с другой стороны;
это год, когда руки
вырывают помидоры из лозы
вырывают с корнем дело в землю, которая прорастает лозу,
руки консервируют помидоры
названы в завещании, которому принадлежит
бедлам консервного завода;

это год, когда глаза,
жгучие от яда, очищающего туалеты,
наконец пробуждаются, видя
петушиный склон холма,
паломничество иммигрантского происхождения;
это год, когда тараканы
вымерли, что ни один врач
не находит таракана, застрявшего
в ухе младенца;
это год, когда продовольственные талоны
матерей-подростков
продаются с аукциона, как золотые дублоны,
и не дается ни одной монеты для покупки мачете
для следующего букета отрубленных голов
в стране кофейных плантаций.

Если отмена рабских наручников
началась как видение рук без наручников,
то это год;
если закрытие лагерей смерти
началось как представление земли
без колючей проволоки и крематория,
то это год;
если каждый бунт начинается с мысли
что конные завоеватели
это не многоногие боги, что они тоже тонут
если броситься в реку,
то это год.

Так пусть каждый уста униженные,
зубы, как поруганные надгробия,
наполнят ангелами хлеба.

 

«Представьте ангелов хлеба» из «Представьте ангелов хлеба». Copyright 1996 Мартин Эспада. Воспроизведено с разрешения W.W. Нортон.

Подсказка:
Никакое изменение к лучшему никогда не происходит без воображения , даже если в тот момент, когда мы представляем это великое изменение, оно кажется абсолютно невозможным. История также учит нас тому, что мы являемся проводниками этих великих перемен. Это не из Белого дома; это из нашего дома.

Моя жена, поэтесса Лорен Мари Шмидт, использовала это стихотворение в качестве подсказки везде, от городских средних школ до приютов для бездомных. Она говорит: «Представьте свою жизнь или мир таким, каким вы хотите его видеть. Превратите стихотворение в список и позвольте образу, языку чувств сделать всю работу. Используйте прием анафоры, повторяя ключевую фразу, относящуюся ко времени (например, «это год»), в начале каждой строки или строфы, кроме конца стихотворения».


Мартин Эспада

Мартин Эспада опубликовал более двадцати книг как поэт, редактор, эссеист и переводчик.Его последний сборник стихов называется « Вивас тем, кто потерпел неудачу » (В. В. Нортон, 2016). Другие сборники стихов включают The Trouble Ball (2011), The Republic of Poetry (2006) и Alabanza: New and Selected Poems: 1982-2002  (2003), все из WW Norton. Он является редактором книги What Saves Us: Poems of Empathy and Outrage in the Age of Trump (Northwestern University Pres, 2019). Его многочисленные награды включают Премию Рут Лилли в области поэзии, Мемориальную премию Шелли, стипендию Академии американских поэтов и стипендию Гуггенхайма.Его книга эссе Zapata’s Disciple (South End, 1998; Northwestern University Press, 2016) была запрещена в Тусоне в рамках программы мексикано-американских исследований, запрещенной в штате Аризона. Бывший юрист-арендатор, Эспада является профессором английского языка в Массачусетском университете в Амхерсте.

Канадская поэзия онлайн | Библиотеки Университета Торонто

Майкл Крамми
От:   Hard Light . Лондон, Онтарио.: Brick Books, 1998.

Я был на двадцать лет моложе своего мужа, его первая жена умерла при родах. Я согласилась выйти за него замуж, потому что он был хорошим рыбаком, потому что у него был свой дом, и он был готов принять моих мать и отца, когда придет время. Это было практичное решение, большего он и не ожидал. Двое никогда не должны произносить слово «любовь», пока не съедят вместе мешок муки, сказал он мне.
        В ту ночь, когда мы поженились, я задрала ночную рубашку вокруг бедер и так крепко закрыла глаза, что видела звезды.После этого я вышел на улицу, и меня стошнило, меня вырвало через забор. Он вышел за дверь позади меня и положил руку мне на поясницу. Это случается в первый раз, сказал он. Становится лучше.
         Я сразу забеременела, а потом он ушел к лабрадору. Я копал огород и смотрел, как мой живот набухает, как семя в воде. Хлеб пекут, яблоки в бутылках на зиму запасают, луговую траву косят на сено. После месяца одиночества я даже начала немного по нему скучать.
         Ребенок родился рано, через несколько недель после того, как мой муж вернулся домой в сентябре.На следующий день мы пригласили священника в дом для крещения, мы назвали его Ангусом Маклином, и через неделю мы похоронили его на кладбище в Бернт-Вудс. Я помню, как он начал плакать за столом утром в день похорон, и я прижала его лицо к своему животу, пока он не остановился, держа его голову в моих руках размером с ребенка до его рождения. Я не знаю, почему, разделив горе, ты полюбишь кого-то.
        К ноябрю я снова забеременела. Я испекла буханку хлеба и подала к столу, еще дымящегося из печи.Целиком поставил ему на тарелку и стоял, глядя на него. Это последний мешок муки, сказал я ему. А он улыбался мне и минуту ничего не говорил. — Я возьму еще сегодня, — сказал он наконец.
        И так мы оставили это на некоторое время.

Поэма 1 | стихотворение 2 | стихотворение 3 | стихотворение 4 | стихотворение 5 | Стихотворение 6

Авторские права на произведения Майкла Крамми © принадлежат автору.

Чудесный хлеб | Поэзия вслух

Альфреда Корна

Буханка за буханкой, в нескольких размерах,
и никогда она не выглядит свежей,
как будто ее внутренности не были влажными
или теплая корочка не та, что приправляет
комнату пухлым ароматом тостов.

Найдено на столе; среди теней
рядом с кухонным телефоном; отправил
FedEx (без обратного адреса, правда).
Кто-то, возможно, больше одного
человека любит меня. Ну тогда кто?

Удивительно, что хлеб должен быть таким невесомым,
легким, когда его берут в руки, так как я
умираю от вкуса, чтобы откусить кусочек.
Который длится достаточно долго, чтобы достичь
моего рта, но затем, при первом укусе,

Ничего! Ничего, кроме воздуха, разреженного воздуха….
О.Еще одна буханка чудо-хлеба,
просто каламбур для хлеба, соблазнительный
визуально, но вы можете умереть с голоду.
Избавиться от него, бросить в реку—

За которым зерновые поля. Будущая пища для праведных
и неправедных, любящих и не любящих.


Альфред Корн, «Wonderbread» из Present (Вашингтон: Counterpoint Press, 1997). Авторские права © 1997, Альфред Корн. Перепечатано с разрешения автора.

Источник: Настоящее время (Counterpoint Press, 1997)

Поэт Био

В течение многих лет Альфред Корн преподавал в программе Graduate Writing Program в Колумбийском университете и занимал гостевые должности в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, Университете Цинциннати, Университете Талсы, штата Оклахома и Йельском университете. Рецензии на его книги публиковались в New York Times Book Review, The Nation, New Republic, Hudson Review и Poetry London. Он также пишет художественную критику для журналов Art in America и ARTnews. Кукуруза живет в Род-Айленде и часть года проводит в Великобритании. Увидеть больше этого поэта

Больше стихов о деятельности

Топать

Я возвращаюсь домой,
фута вот-вот истечу кровью
от сердитого топания.
«Мальчик!» говорит мама.
«Хватит шуметь».
Но чего она ожидает,
когда день за днем ​​
ненавистники бросают в меня слова,
как зазубренные камни,
предназначенные, чтобы расколоть мою кожу?
Я ухожу в свою комнату,
падаю на кровать,
считаю: «Раз. Два….

Никки Граймс

  • Деятельность
  • Жизнь
  • Отношения

Больше некуда идти

Выключите свет.
Наденьте еще один слой.
(Похоже на папу.)
(Похоже на маму.)

Вы говорите, из рук в руки.
Я говорю ретро.

Прогулка.
Велосипед.
Прогуляйтесь еще.
Переработка.

(Посмотрите, что я там сделал,
велосипед — re цикл ?)

Ваше имя маркером
на хорошей бутылке с водой.
Рюкзак. Новые привычки.
Нет, спасибо, сумка не нужна.

Что еще.
Ах да.

Рассказать десяти друзьям
кто…

Линда Сью Парк

Просмотреть стихи о деятельности Получить случайное стихотворение

Хлеб и цирк — стихотворение Тодда Клоузера • Пустое зеркало

спиральный корень / кредит: de

К югу от воображаемых линий
, где одетые в форму и выглаженные мужчины и женщины, похожие на мальчиков и девочек, кожа на лице еще мягкая,
наденьте перчатки и очки
плохие люди выигрывают воображаемые войны, которые они начали, чтобы выиграть их

Джозивани положил ноги на землю, на которой он спал утром
темные пальцы ног и светлые ладони
карусель вокруг Земли
4 километра вниз по диким дорогам-венам, прорезанным между
полной зеленью холста, где его кузены, отец и дяди режут и выбраковывают красота

Политики тут герои рассказывают фото кормящих молодых индианок и юношей, места куда бы они никогда не пошли если бы не фото
к автобусу и таблички где есть, выглядят дешево и обветренно но женщины все еще хорошенькая, он был достаточно мудр, чтобы не любить их

А после того, как их вырубят,

Люди какое-то время обращали внимание, писали и снимали видео и продавали их
Пока не пришли злые
с Хлебом и Цирком
Хлебом и Цирком для Города

У Джозивани нет номеров или карточек в банках или машинах, он существует, потому что есть у него сердце
его мать все еще любит его с громкой командой на зеленой поездке детского города в школы, которые могут привести его куда-нибудь когда-нибудь

Сегодня он читал рассказы о революциях и достоинстве, ветер задувает уголки страниц в окна автобуса
Он складывает числа пальцами, пока такси поворачивают и солнце выползает из сна

Правительство позволяет траве расти между школой и городом
На улицах, названных в честь людей, которых они наверняка убьют

Люди губернатора застрелили и сожгли друзей Джосивани, если верить их истории, мальчиков, рядом с которыми он спал и однажды, у свистящих деревьев, пел песню о Рождестве
Он спрашивает о справедливости и о большинстве женщин, которых хотел любить исчезнуть

Когда их расстреляли,

На какое-то время люди обратили внимание
Пока не пришли злые
С хлебом и цирком
Хлеб и цирк для города

Тодд Клоузер

Молодой, бросивший вызов жанру гитарист, композитор и писатель, Тодд Клоузер — опытный музыкант во всем творческом музыкальном спектре. музыканты от Кеба Мо до легенды джаза из центра Нью-Йорка Стивена Бернстайна.Страстные выступления Клоузера варьируются от фортепианной баллады до плотного джаза и грува, завораживая публику подходом, призванным нарушить правила художественной маркировки. «A Love Electric» документирует самый агрессивный ансамбль Тодда, энергичную группу, основанную на стилях электронной музыки 70-х годов. Выпуск в феврале 2013 года The Naked Beat , третьего альбома Клоузера в этом году, знаменует собой первую запись с его дико привлекательным вокалом. Представьте, что Заппа встречает Берроуза с чувством написания песен Бека и гитарного героизма Хендрикса.Clouser оригинален, всегда развивается и всегда честен духу воображения. Помимо веб-сайта Тодда, вы можете найти его в Twitter и YouTube.

Регистратор — Сумка с книгами: «Левок» Дайаны Уолд; «Хлебные стихи» Джонатана Стивенса

Нора, одна из рассказчиц короткого романа (или длинной новеллы) «Левок», по ее собственным словам, «счастлива в браке», имеет достойную работу и хороших друзей, а также пользуется определенным успехом как художник. Но Нора также долгое время была несколько одержима стареющим актером Хью Шинаном, и в 1984 году, после того, как она увидела его выступление в нью-йоркском спектакле, она отправила ему письмо, которое положило начало их встрече и встряхнуло их жизни.

Автор книги «Левок», Дайан Уолд, является выпускницей программы MFA для поэтов и писателей Массачусетского университета в Амхерсте и много лет публикует стихи, завоевав ряд наград; она также преподавала письмо и литературу. Но «Гиллифлауэр» — первое опубликованное художественное произведение Уолда, которому 70 лет, и он живет за пределами Бостона.

Ее историю рассказывают от первого лица четыре персонажа: Нора; Хью; Рик, муж Норы; и Леон, старый приятель и секретарь Хью британского военно-морского флота, который, как описывает его Леон, также является «женой, матерью» Хью… камердинер, а иногда и доверенное лицо. Перемещаясь назад и вперед во времени, книга представляет собой исследование того, как случайные встречи и невидимые связи могут сблизить совершенно незнакомых людей, а также то, как люди могут по-разному относиться к одним и тем же событиям.

Все начинается с того, что Нора оглядывается на то, что произошло, и говорит о своем давнем восхищении ирландцем Питером О’Тулом-ишем Хью, которому сейчас под пятьдесят (возможно, на 20 лет старше Норы) и чей легендарное пьянство и распутство заставляют его выглядеть еще старше.Она покупает новое платье, чтобы пойти посмотреть бродвейский спектакль «Львиная доля», в котором он играет, и чувствует себя достаточно спокойно — но перед отъездом в Нью-Йорк ей снятся два странных сна о Хью, которые ее немного встряхивают.

Хью, оказывается, тоже видел странный сон о встрече с неизвестной молодой женщиной. Затем, ближе к концу пьесы, когда Нора сидит на сиденье в первом ряду, всего в нескольких футах от Хью, происходит еще одно странное событие, побуждающее Нору отправить ему свое письмо и рисунок с объяснением того, что произошло: «Написать Хью Шихану и отправить этот рисунок было своего рода изгнанием нечистой силы.

Хью может задаться вопросом, нужен ли ему сам экзорцизм, потому что письмо и рисунок Норы, а также его собственный сон обеспокоили его. Он решает встретиться с этой загадочной женщиной, в то время как Леон задается вопросом, чем занимается его старый друг, а Рик пытается разобраться в странном поведении своей жены: «Конечно, я знал, что она все еще любит меня, но моя Нора ушла. Она не всегда была рядом со мной за этими забавными глазами… она ушла в частный мир, который все больше и больше закрывал меня».

То, что Нора и Хью обнаружат при встрече, принимает неожиданный оборот в том, что Kirkus Reviews называет «(а) навязчивым размышлением о жизнях, которые пересекаются неожиданным образом.

«Стихи о хлебе» Джонатана Стивенса

Когда Джонатан Стивенс, соучредитель и совладелец ресторана Hungry Ghost Bread в Нортгемптоне, готовит хлеб, он явно тратит много времени на размышления о процессе и важной роли этого основного продукта питания. играет в повседневной жизни. Потому что когда он , а не печет хлеб, Стивенса иногда можно найти пишущим об этом.

В своей новой книге «Стихи о хлебе» Стивенс черпает вдохновение для своих стихов в полном жизненном цикле хлеба: от выращивания и сбора урожая пшеницы (с небольшим количеством опыления пчелами для верности) до сжигания хлеба. печь, к замесу теста, к укладке готовых батонов на стеллаж.

И в этих стихах хлеб становится символом чего-то большего: дружбы и семьи, удовольствия от хорошей еды, удовлетворения от работы, которой вы наслаждаетесь. Книга продвигает эти темы, сопоставляя все стихи с цветными фотографиями, от изображения небольшого пшеничного поля до крупных планов покрытых мукой рук, лепящих из теста буханку.

В «Мозолях» Стивенс пишет о самом начале своего хлеба: «Вчера я стал фермером. / Ручная посадка яровой пшеницы на пол-акра / была легкой частью, которая заняла всего 30 / минут.На разгребание ушло еще 5 часов. Набивая борозды, пачкая / колени, Я всё думал: неужели это / слишком глубоко? Съедят ли птицы все / семена? Скоро/достаточно ли пойдут дожди?»

Здесь тоже есть юмор, как в «Предварительном просмотре святого Доминика» о хлебопекарном оборудовании, которое обретает новую жизнь: «Потеря папы — моя выгода, / кажется: / эта старая тестомесильная / вытащенная из заколоченная церковь / (Святого Доминика) на Стейт-стрит / в Портленде. Я представляю себе 40-летнее / ученичество, делающее сакраментальные вафли / и обеденные булочки для ночных бинго.

Или возьмем «Эта буханка для президента», в которой твердость хорошей буханки хлеба — хлеба, список ингредиентов которого «приятно короток», как выразился Стивенс, — контрастирует с сегодняшними заголовками.

«Этот хлеб не хвалится / этому хлебу не нужен / пресс-секретарь / или начальник штаба… Этот хлеб не будет строить стены, / сбрасывать бомбы, продавать истребители / или заключать тайные сделки с русскими / это хлеб не может лгать / этот хлеб не преувеличивает / сколько людей он кормит»

Со Стивом Пфаррером можно связаться по адресу [email protected]ком.


Стихи Эсаи (Преломление хлеба во тьме, книга 1) Джимми Сантьяго Бака


Лауреат американской книжной премии поэт Джимми Сантьяго Бака провел годы в исправительной системе, прежде чем стал писателем и отцом. В этих сборниках поразительно выразительных стихов Бака прославляет отцовство и представляет сложности взрослой жизни в возрасте 11 сентября и войны в Ираке. Важный голос в мировой поэзии, Бака ведет хронику изменений, которые происходят с ним после рождения его детей, Люсии и Эсаи.Вспоминая произведения других поэтов, прошедших через ужасы экстремального опыта — Назима Хикмета, Пауля Целана, Иосифа Бродского, Александра Вата, Отто Рене Кастильо и других — Стихи Лючии и Стихи Эсаи дают острое признание одному недостатки поколения и передать гуманный совет следующему. Взятые вместе как Преломляя хлеб с тьмой , эти две коллекции предлагают поэтический учебник по отцовству и модель для обучения истории, политике, духовности и выживанию.

Джимми Сантьяго Бака — отмеченный наградами поэт, всемирно известный своими лирическими стихами с политической подоплекой. Имея предки апачей и чикано, в возрасте двадцати одного года он был осужден по обвинению в наркотиках и провел более шести лет в тюрьме, где обрел свой поэтический голос благодаря переписке с Дениз Левертов из Mother Jones . Его книги включают сборники стихов C-Train и Тринадцать мексиканцев , Подожги эту книгу , Стихи Черной Мезы , Стихи, взятые с моего двора и Что происходит ; мемуары, A Place to Stand ; пьеса, Los tres hijos de Julia ; сценарий к фильму Кровь в крови из крови ; и роман Стакан воды .

Leave a comment

Ваш адрес email не будет опубликован.